Потрясённый тем, что услышал, Дейсейн вдруг осознал, что теперь ему не позволят покинуть долину. О возвращении теперь не могло быть и речи. В том состоянии, в котором сейчас пребывал его разум, для сантарожанцев был только один выход: убить его. Всё дело было лишь в том, поняли ли они это? Принимают ли они подобные решения сознательно? Или же они действительно действуют на уровне инстинктов?
Дейсейн понимал: если он преодолеет душевный кризис, он найдёт выход. «Есть ли возможность избежать смерти?» — спросил он себя. Пока он размышлял, не зная, что же ему делать, Паже обошёл вокруг грузовика и забрался на сиденье рядом с Дейсейном.
— Раз вы не хотите ехать со мной, — сказал он, — то я поеду с вами.
— Вы поедете со мной?
— К моему дому, клинике. — Он повернулся лицом к Дейсейну и внимательно посмотрел на того. — Я люблю свою племянницу, понимаете? И я не хочу, чтобы она страдала, если в моих силах предотвратить это.
— А если я откажусь?
— Ах, Джилберт, да вы заставите рыдать даже ангела. А мы не хотим рыдать, ясно? Мы не хотим, чтобы Дженни плакала. Неужели вам наплевать на неё?
— Меня кое-что тревожит в…
— Когда начинается тревога, заканчиваются расспросы. У вас тяжёлая голова, Джилберт. А тяжёлая голова вызывает боль в спине. Давайте поедем в клинику.
— И какого же рода смертельную ловушку вы устроили мне там?
Паже в ярости уставился на него.
— Смертельную ловушку?
Стараясь говорить как можно более рассудительным тоном, Дейсейн произнёс:
— Вы пытаетесь убить меня. Не отрицайте это. Я…
— Вы омерзительны, Джилберт. Когда это мы пытались убить вас?
Дейсейн глубоко вздохнул, поднял правую руку и начал загибать пальцы, перечисляя несчастные случаи, которые едва не произошли с ним, пока его пальцы не сжались в кулак. Он не упомянул только об инциденте с Пити Йориком… и то — лишь потому, что обещал это.
— Несчастные случаи! — воскликнул Паже.
— Мы оба знаем, — возразил Дейсейн, — что в вашей долине очень редко происходят настоящие несчастные случаи. Большинство происшествий, которые мы называем несчастными случаями, на самом деле бессознательное насилие. Вы вот сказали, что у вас раскрепощённое сознание. Так воспользуйтесь им.
— Тьфу! Ваши мысли подобны замутнённой воде!
— Так пусть эта замутнённая вода успокоится и вся муть осядет! заметил Дейсейн.
— Вы ведь не способны быть серьёзным. — Паже бросил пронзительный взгляд на Дейсейна. — Впрочем, вы всегда такой. — Он закрыл глаза на мгновение, потом открыл их. — Ладно, а поверите ли вы Дженни?
«Не подходи ко мне! Я люблю тебя!» — вспомнил Дейсейн.
— Что ж, едем в вашу клинику, — сказал Дейсейн. Он завёл двигатель, развернулся и направился в сторону города.
— Пытаться убить вас, — пробормотал Паже. Он смотрел в окно на местность, проносившуюся мимо грузовика.
Дейсейн вёл машину молча… погружённый в раздумья. В его голове снова стали возникать былые фантастические картины. Дженни и её долина! Она опутывала его своей аурой — постепенно сводя его с ума! Но эти картины начали проясняться, в них появлялась логика — логика жителей Сантароги.
— Так, значит, не каждый может воспользоваться вашим… сильнодействующим лекарством? — спросил Дейсейн. — Что же случается с теми, кто терпит неудачу?
— Нас тревожит собственная судьба, — проворчал Паже. — Вот почему я всё ещё продолжаю надеяться, что вы останетесь.
— Дженни — опытный психолог. Почему вы не используете её?
— У неё свои обязанности.
— Я собираюсь попросить Дженни уехать вместе со мной, — сказал Дейсейн. — Вы ведь знаете это, не так ли?
Паже фыркнул.
— Она сумеет вырваться из зависимости от вашего… Джасперса, продолжал Дейсейн. — Мужчины ведь отправляются отсюда на воинскую службу. Они должны…
— Они всегда возвращаются домой, когда отслужат срок службы, — перебил его Паже. — Об этом упоминается среди ваших записей. Неужели вы ещё не поняли, насколько они чувствуют себя несчастными во внешнем мире? — Он повернулся к Дейсейну. — Именно это вы и хотите предложить Дженни?
— Не могут же все, кто покидает долину, быть несчастными, — произнёс Дейсейн недоверчиво. — В ином случае ваши умные головы нашли бы другое решение.
— Гм-м! — фыркнул Паже. — А ведь вы не выполнили даже то задание, которое поставили перед вами те, кто нанял вас. — Он вздохнул. — Вот что я вам скажу, Джилберт. Большинство из наших призывников не в состоянии нести воинскую службу из-за сильной аллергии к пище, где отсутствуют периодические добавки Джасперса. Только здесь они могут получить их. Приблизительно шесть процентов нашей молодёжи отправляются за пределы долины только для выполнения воинского долга перед долиной. Мы не хотим вызвать гнев федеральных властей. У нас заключено политическое соглашение с властями штата, но нас не слишком много, чтобы добиться подобного соглашения и с правительством Соединённых Штатов.
«Они уже приняли решение насчёт меня, — подумал Дейсейн. — Их не беспокоит то, что они мне сообщат».
От этой мысли внутри него снова всё оборвалось от страха.
Дейсейн свернул за угол и поехал параллельно реке. Впереди показались заросли ив и длинный крутой спуск к мосту. Дейсейн вспомнил свои мысли о некоем зле, таящемся в реке, нажал на акселератор, чтобы побыстрее оставить позади это место. Грузовик вошёл в поворот. По обеим сторонам у дороги были аккуратные насыпи. Стал виден мост. На противоположной стороне дороги стоял жёлтый грузовик, а рядом какие-то люди пили что-то из металлических стаканчиков.
— Осторожно! — крикнул Паже.
В тот же миг Дейсейн понял, почему жёлтый грузовик остановился перед въездом на мост: посередине моста зиял огромный провал в том месте, где бригадой ремонтной службы Сантароги был разобран мост. Провал в диаметре составлял не меньше десяти футов.
Грузовик проехал примерно сорок футов за ту секунду, что потребовалось Дейсейну, чтобы осознать опасность.
Лишь теперь он разглядел барьеры длиной в четыре фута и высотой в два, стоявшие поперёк каждого из концов моста, с жёлтыми предупреждающими флажками посредине.
Дейсейн вцепился в руль. Его мозг работал со скоростью компьютера, которую он никогда не подозревал в себе. В результате ему казалось, что время замедлило свой ход — грузовик словно бы почти остановился, пока он обдумывал, что же ему делать…
Нажать на тормоза?
Нет. Тормоза и шины были старыми. На такой скорости грузовик проскользит по мосту до отверстия и свалится вниз в реку.
Свернуть с дороги?
Нет. Он на насыпи, а по обеим сторонам река; они утонут в глубоком русле.
Может, наехать на опоры моста?
Но только не на такой скорости, когда у них даже не застёгнуты ремни безопасности.
Нажать на акселератор и увеличить скорость.
Да, это был шанс. Впереди путь преграждали барьеры, но их размеры были всего два на четыре фута. Мост нависал небольшой аркой над рекой. Отверстие зияло посередине. Если он наберёт необходимую скорость, то грузовик может перелететь через отверстие.
Дейсейн нажал на акселератор до упора. Старый грузовик увеличил скорость. Раздался треск, когда они врезались в барьер. Под колёсами загрохотали доски. Потом последовало мгновение полёта, когда внутри у них всё оборвалось, а потом приземление на мост, после чего грузовик несколько раз подпрыгнул и с треском врезался во второй барьер у противоположного конца моста.
Дейсейн нажал на тормоза, и машина со скрежетом остановилась напротив работы ремонтников. Время пошло в обычном ритме, когда Дейсейн посмотрел на эту бригаду: пять человек стояло, разинув от удивления рты, с побледневшими лицами.
— О Господи? — выдохнул Паже. — Вы всегда рискуете подобным образом?
— А была ли другая возможность выпутаться нам из этой неприятности? — в свою очередь спросил Дейсейн. Он поднял правую руку и внимательно посмотрел на неё. Рука дрожала.
Паже несколько секунд что-то обдумывал, потом произнёс: