Фея с Эриком молчали.
— Мы переночуем на улице, у стены, прикинемся защитниками города, патрулём, — продолжал Конан.
— Нужно уходить, Конан, оставаться целый день в осаждённом городе очень опасно, это тебе не мегаполис двадцать первого века. Здесь все на виду.
— Нет. Второго шанса не будет, — упрямо проговорил юноша. Я готов рискнуть. Эрик?
— Давай попробуем, — колеблющимся голосом произнёс Эрик. Но ты можешь уйти, Фея.
— Я остаюсь с вами, — мрачно ответила девушка. Без меня вы просто пропадёте.
— Тогда идём к стене?
— Да, идём, — сказала она.
Ребята пошли вперёд. Они прошли пару улиц и два раза свернули. Конан постоянно сверялся с картой. Наконец они увидели стену и вышли к тому месту, где завтра должна состояться трагическая сцена. Погруженные в мрачные воспоминания они не заметили, как навстречу им вышли два десятка солдат.
Путешественники во времени опустили глаза и пошли дальше. Солдаты проходили мимо. Фея облегченно выдохнула.
— Эй, парни, — внезапно, обратился к ним отставший солдат, — вы итальянцы или с островов?
— С Родоса, — по наитию ответил Эрик.
Солдаты резко остановились. Раздался звон метала. Ребята мгновенно оказались в кольце поднявших пищалями и обнаживших мечи врагов.
— Что такое? — испуганно спросил Эрик.
Вперёд вышел седоусый воин, лет пятидесяти.
— Видишь ли, турецкий шпион. А ты, наверное, турецкий шпион. Это мы с Родоса. И вас я не припомню.
Конан и Фея переглянулись. Юноша положил руку на эфес. Нет, покачала головой Фея.
— Бросайте оружие, живо, — гаркнул усатый.
Конан и Эрик медленно сняли пояса и бросили к ногам воина.
— А мне можно идти? — спросила Фея, во всю строя глазки.
— Да, иди, — сказал седоусый.
Фея не заставила себя долго ждать и засеменила дальше.
— Хотя постой, — задумчиво проговорил старый воин, подкручивая усы и рассматривая ладную фигурку девушки. Ты пойдёшь с нами. Мы тебя накормим, а позже сможешь заработать пару монет.
Фея остановилась и повернулась. Усатый подмигнул девушке, продолжая подкручивать ус, остальные солдаты заулыбались.
Они двинулись вперёд. Конан и Эрик шли в окружении волонтёров с заряженными пищали. По городу быстро пронёсся слух, что поймали турецких шпионов. Некоторые разъярённые жители требовали крови захватчиков прямо сейчас. Солдаты не давали им добраться до ребят.
— Всему своё время, — успокаивал горячие головы усатый командир. Сначала их нужно допросить.
Ребят привели к приземистому серому зданию. Из покосившейся деревянной двери, что-то дожевывая, вышел пузатый грек. Он бросил взгляд на волонтёров и пленников. Очевидно, вопросов по ситуации у него не возникло или просто он хорошо знал усатого.
— Сегодня никого нет и не будет, — заявил он, ковыряя пальцем во рту.
— Запри их до завтра, — попросил усатый.
Грек задумался. Затем его взгляд упал на Фею и лицо разгладилось.
— Хорошо, но завтра приведете её ко мне, — он посторонился.
Солдаты подтолкнули ребят дулами внутрь. Конан и Эрик вошли в коридор, по бокам были кованные железом двери. Их затолкали в одну из комнат и заперли дверь. На небольшом окне была решетка. Один из солдат за дверью что-то неразборчиво сказал, остальные рассмеялись. Очевидно, пошутил. Смех и голоса удалялись.
Эрик резко повернулся к товарищу. Конан не выдержал взгляд и опустил глаза.
Глава 11
Открыв глаза первое, что он увидел это серый потолок. Ну и сон ему приснился, бывает же такое. Поворот шеи ознаменовался болью в ноге и плече, у кровати стояла капельница. Запищал какой-то прибор.
Воспоминания обрушились на Сократа беспощадным водопадом кошмаров. Но как он попал в госпиталь? Не помнил юноша такого помещения в медицинском отсеке.
Открылась дверь, и кто-то вошёл. Сократ хотел посмотреть и приподнялся на локте. Казалось, тело по диагонали пронзила раскаленная игла. Он со стоном повалился на спину.
— Тебе ещё рано вставать, — услышал он мягкий мелодичный голос.
Когда в глазах прояснилось, юноша увидел над собой миловидное девичье личико с ямочками на щеках. Серые глаза смотрелись совершенно неестественно на смуглом лице, обрамленном чёрными волосами. Волосы волнами ниспадали на плечи.
— Где я?
Девушка улыбнулась.
— Ты что ничего не помнишь? — спросила она.
— Кто ты? Я в Академии?
Снова открылась дверь. На этот раз Сократ не стал подниматься, однако, когда он повернул голову, чтобы посмотреть кто вошёл, то от удивления открыл рот. Девушка на всякий случай мягко придерживала его.