Выбрать главу

Сократ был поражен. Его не только не выгонят, но и позволят остаться в Академии, даже обучать новых ребят.

— Ты извлёк опыт из происшедшего с тобой, сделай выводы и продолжай работать на благо Академии, пространства-времени и людей.

— Но есть мнение, что Академия своими действиями разрушает пространство-время, что если бы не вмешательство, то упругость линий сглаживала бы парадоксы и изменения.

— Знаю, знаю, — поморщился Ректор. Знаю эту теорию, частично это так, но только частично. Да, мы часто действуем, как слон в посудной лавке. С этим нужно заканчивать. Но мы имеем возможность влиять на события. Ты никогда не задавал себе вопроса — если не я, то кто? Вот, то-то и оно, — сказал Ректор, увидев удивление и понимание во взгляде юноши. Ладно, мне пора. А ты готовься. Завтра выйдешь и начнешь набирать группу. Мне жаль, что так получилось с этими людьми. Правда. Поправляйся.

Ректор встал со стула.

— Что жаль? Я не понял? Вы, о чем сейчас? — спросил Сократ.

Руководитель Академии остановился и внимательно посмотрел на растерянного юношу.

— А Шмель тебе не сказал?

— Что мне должен был сказать Шмель? — присел на кровати молодой агент.

— Они все погибли, — вздохнул Ректор.

— Но как?

— Отрядом, напавшим на поселение, командовал родной брат командира основного отряда. Когда он не вернулся, уничтоженный тобой, скажем так, то старший брат двинулся на поиски. Ты сам сказал, что линии времени упруги, не так просто взять всё изменить. Прости.

Ректор вышел, а Сократ откинулся на подушку в его глазах стояли слёзы.

— Зачем ты хотел меня видеть?

Альберт повернулся к своему другу, отметив появившиеся морщины на лбу и глазах.

— У тебя усталый вид, может тебе взять отпуск?

— Нет, много работы. Ты сам знаешь, что не время. Нужно набирать группу, мы потеряли слишком многих, — Сократ замолчал.

— Да, ты прав, — Альберт отвернулся к монитору.

— Так, что ты хотел?

— Хотел тебе показать одно видео, пока его никто не видел, — Альберт открыл виртуальное окно и запустил файл. Это снял мой автономный зонд.

На экране появилось изображение вулкана, с вершины текла лава. Небо было затянуто тучами пепла. Отсветы вспышек отражались в нём, подсвечивая трехмерные облака. Картина напоминала ад, каким его представляют католики и протестанты.

— И что? — не понял смысла, увиденного, Сократ.

— Смотри сюда, — Альберт отмотал назад, выделил область и увеличил.

Сократ увидел предмет или тень появившуюся над лавой, и тут же, яркой вспышкой, сгоревшей в ней. Альберт отмотал назад ещё раз и нажал на паузу.

— Я всё равно не понимаю, извини.

— Это, — вздохнул Альберт, возможно, отметив про себя недогадливость друга, — те же самые координаты, где исчез Алый.

— Что, что?!

— Ага, тебе стало интересно?!

— Но там не было вулкана!

— Правильно, не было! Но когда не было, вот в чём вопрос? Прямо, как у Шекспира. А не было, когда вы там были. Тогда не было, а миллионы лет назад был!

— Не может быть! Ты хочешь сказать, что это.

— Да, это агент ренегат Алый, который хотел перешагнуть барьер, а вместо этого сгоревший в лаве вулкана, — Альберт ткнул пальцем в экран.

— Постой, постой, — спина Сократа покрылась холодным потом.

— Да! Ты не сошёл с ума, — Альберт развернулся на стуле и торжественно смотрел на друга. Это петля времени. Мы с тобой в петле! Академия в петле! Алый хотел перешагнуть через барьер в будущее, но оказался около барьера в прошлом. То есть, у него не получилось, и он вернулся назад.

— Но это значит, чтобы не происходило в петле, это не повлияет на то, что будет в дальнейшем будущем.

— Именно! Именно поэтому у нас идёт волна изменений в две стороны. Это меня и натолкнуло на мысль. И я решил проверить свою гипотезу установив камеру. Волна должна или набирать амплитуду, или наоборот затухать. Но она гасит сама себя на границе барьера. Ты только представь?

— Но как такое могло получиться?

— Получиться! — Альберт вскочил, его глаза блестели. Это не получилось, это сделано искусственно. Это сделано специально!

— Но кто мог такое сделать и зачем?

— Кто? Люди, конечно, — юный гений пожал плечами. Зачем? Пока не знаю. Но, может быть, чтобы законсервировать нас. Академию, вместе с машиной времени. Закрыть машину в петле, если не получается устранить её и последствия её существования. Может быть за барьером, вне петли существует параллельная реальность, без машины времени и Академии.