- Эй ты, человек, открой клетку, - принц не стал слушать Анну, головы к ней не повернул, он обращался к слуге советника.
Слуга совершенно рабски поклонился и отступил от клетки на два шага назад, на всякий случай спрятав руки за спину. Нужно быть абсолютно сумасшедшим, чтобы хоть в чем-то пресечь волю советника. Первый раз в жизни принцу не повиновалась челядь. Благо к нему уже спешил его личный сокольничий с готовностью подбежал к клетке и уже взялся за щеколду дверцы.
- Погоди, - важно приказал принц, отъезжая на свое прежнее место. - Приготовьтесь господа.
Решившие было, что охота закончена, дворяне снова распутывали птицам лапы, снимали с голов колпачки. Второй сокольничий отдал принцу ястреба, которого тот сбросил с руки в порыве гнева. Принц подал знак слуге, клетку распахнули, выгонять голубей не пришлось, дверца оказалась достаточно большой, слуга только тряхнул клетку, и обреченные белые пташки снова кинулись в голубой небосвод. Стукнул барабан, взлетели хищники. Владлен, совершенно невозмутимый, коснулся головы соколицы и подбросил ее вверх. Владычица усмехнулась и сделала то же самое.
Обычно соколы нападают на жертву сверху, но у соколицы Владлена получилось не плохо и снизу, в последний момент она резко взмахнула крыльями, выставляя когти вперед и намертво вцепилась в коричневого ястреба, стало ясно, что ястреб вдвое больше изящной соколицы. Они убивали слажено и мгновенно. Подлет, удар и переломанная тушка очередного гордого хищника кувыркаясь летит на землю. Соколы победно кричали, небо наполнилось окровавленными перьями и сбитыми с толку, мечущимися туда сюда ястребами. Позабытые голуби разлетелись, за исключением двух, забитых в спешке. Вся свита отчаянно свистела, подзывая своих любимцев. Император, до этого смотрящий прямо перед собой, поднял голову и приставил руку козырьком, чтобы лучше видеть происходящее. Большая часть крылатых охотников была умерщвлена за две минуты, остальные кинулись к хозяевам. Соколы продолжали методично их добивать, иногда в несколько метрах от владельцев. Вернулось только три, их тут же заперли в клетках. Соколы поднялись повыше, оценивая обстановку, совершили плавный круг, потом белая камнем упала на одного из золотых орлов. Анна закрыла глаза. Владлен щелкнул пальцами, соколица резко изменила направление полета, ветер от ее крыльев тронул перья на голове орла, двор ахнул. Теперь соколица выглядела вполне довольной собой, глубоко уткнув клюв в перья на горле и мрачно поблескивая глазами, ее когти были испачканы в крови и пухе. По-прежнему не благоволящий к ней Владлен, передал птицу слуге.
- Хорошая охота, - выдохнула владычица, поглаживая серого сокола.
Свита клокотала, тут и там слышались возмущенные выкрики. Император развернул коня и поехал с поляны прочь, двор был вынужден последовать за ним, включая, так пекущегося о традициях наследного принца.
Совет остался в одиночестве с ними Анна, прекрасно понимающая, где сейчас ее место. Владлен лениво тронул поводья, они медленно поехали к шатрам.
- Несмотря на весь этот иней, думаю день будет теплый, - заметил Владлен.
Владычица согласно наклонила голову. Стен пялился на выраженные уже более четко тени спутников. Не на всех планетах спутники вызывали приливы и отливы, но на этой да. Время от времени Стен жадно облизывал губы. Владлен перехватил его преданный взгляд, слабо улыбнулся:
- Проблемы?
- Я вожак, - уверенно заявил Орвин, вздрагивая и отвлекаясь от любезного ему вида. - Я владею зверем. Хотя, сегодняшний ужин, пожалуй, пропущу.
- Не трогай людей, Орвин, - насмешливо велел Владлен.
- Я на диете, - жеманно закатывая глаза, ответил оборотень.
Совет потихоньку растянулся в длинную цепочку, слуги уехали далеко вперед, осталась только пара доезжачих. Владлен заставил своего коня идти вровень с лошадкой Анны. Княгиня молчала, опустив голову и рассматривая переднюю луку седла, потом подняла глаза на советника.
- Вы чуть не убили золотого орла, - не веря, что такое вообще может случится сказала Анна. - Меня впервые не задевает...
- Я, - Анна сбилась и снова опустила голову. - Я хочу поблагодарить вас. Никто так ко мне не относился, за всю мою жизнь. Вы - сильны, подчиняете себе мир, но иногда мне кажется, что вы подчиняете его и мне. Никогда не забуду этого ощущения...
- Ты очень мила, Анна, - тепло отозвался Владлен, но он оставил свой снисходительный тон, когда она подняла на него глаза влюбленной до исступления женщины. - Ах, Анна.