В очередной раз выслали дипломатическую миссию лидера, по этому случаю, лорд Вьер давал бал, не такой открытый, где принцесса встретила советника, скорее ужин с танцами. Трудно было сознаться, но Софию пригласили только ради Авель, которая пользовалась прежним успехом у Владлена. Лорд Вьер жил в роскошном трехэтажном особняке посреди города, стены сплошь покрывали резные деревянные панели, поверх них гобелены, потом картины. Пол инкрустирован великолепным узорным паркетом, поверх него бесценные ковры, которые проминаются и пружинят под ногами, будто ступаешь по живому. В столовой, освещенной толстыми восковыми свечами, ковры устилали пол внахлест. Никакой мебели только подушки для сиденья, перед низкими столиками, с двух сторон глубокие альковы. Окна до пола, створки некоторых приоткрыты, чтобы доносился аромат цветов и трав из сада.
Анна надела сегодня знаменитые на всю империю жемчуга, принцессе было невыносимо следить за сменой выражения глаз советника, стоило ему обернуться к спутнице. Он старательно брал на себя труд демонстрировать свои чувства, чтобы ни у кого из свиты не возникало иллюзии на счет безнаказанности в случае, если с княгиней что-нибудь случится. Кроме того, Анна ведь нуждалась в проявлении его чувств, в отношениях с женщиной одних дел или слов недостаточно. Эмоциональная холодность здесь не оправдание. Он - ее опора, а она - его услада.
Принцесса дождалась, пока люди разойдутся по комнате, рядом с Владленом и Анной остался только Фей-ра, которому комната казалась слишком темной и оттого неприятной. Принцесса бесцеремонно присела на краешек подушки и придвинулась к Владлену поближе так, что Анна, сидящая по другую сторону от него, недовольно шевельнулась. Принцесса предпочитала узкие и очень глубокие декольте, из такого положения советнику открывался прекрасный вид, но он упорно не отрывал глаз от ее лица.
- Мне нужно поговорить с вами, советник, - чуть растягивая слова, промурлыкала София, наклоняясь к нему еще ближе.
- Говорите, - равнодушно разрешил Владлен, проигнорировав, что принцесса не далека от того, чтобы упасть к нему на колени, вследствие потери равновесия. Навязанная близость вызывала у него только раздражение.
- Это очень личное, - понижая голос, проговорила женщина. – Прошу вас, уделите мне пару минут наедине.
- Боюсь я не смогу уступить вам личную встречу, - спокойно отказал Владлен. – Это редкая честь, даже для самых приближенных.
- Из всякого правила бывает исключение, - нежно возразила София и положила руку ему на колено.
Анна судорожно вздохнула и вскочила с подушки, будто ужаленная. Владлен поднялся почти одновременно с ней, принцесса действительно едва не упала, но тоже встала, бросая на княгиню гневные взгляды.
- Простите меня, - дрожащим от слез голоском пролепетала Анна и быстрым шагом направилась в лестнице, ведущей на второй этаж.
Владлен собрался отправиться следом за княгиней, но принцесса уже аккуратно прицепилась к его рукаву. Теперь она была сама невинность, соперницу наконец-то удалось выжить, а больше по ее мнению, ей ничего не требовалось.
- Я совсем потеряла голову, - пожаловалась София. – Сама не знаю, что творю.
Владлен не обратил внимания ни на нее, ни на ее слова.
- Фей-ра, займите даму.
Глаза властителя разгорелись, словно только что разлитое в хрустальные бокалы шампанское на свету. Принцесса глянула на властителя только раз и уже не смогла оторвать взгляда от искристых очей властителя, рука ее упала с рукава Владлена сама собой.
- Присядьте, - нехотя предложил властитель. София упала на подушку рядом с ним, как подкошенная.
Владлен, не мешкая дольше, ушел. Он легко отыскал Анну в одной из спален второго этажа. Княгиня защелкнула дверь на задвижку, но против Владлена не действовали запоры и посложнее. Она не почувствовала его присутствия до тех пор, пока он не обнял ее за талию. Анна вывернулась из объятий, и, дрожа от жестокой ревности, замахнулась, чтобы ударить. Мужчина перехватил ее руку и перехватил вторую, когда она попыталась его оттолкнуть. Сопротивляться ему было все равно, что биться в густых шелковых сетях, любое движение топнет, но не сразу, в их эластичной мягкости. Она вырывалась изо всех сил, брыкалась и даже пыталась царапаться, но оказалась лежащей, буквально распластанной, под ним, с надежно спеленатыми собственными юбками ногами, на невысокой кровати.