- Мы станем сильнее, - чуть слышно заметил Тифар – двойник.
- Станем, - не стал отрицать Владлен. – Однако не стоит забывать, что сила нуждается в постоянном противодействии. Клинок хорош, пока в деле. Оставишь без присмотра, и вот лезвие уже затупилось и изъязвлено ржавчиной. Враги ценны, их нужно беречь, расходовать крайне экономно.
- Вы призываете нас к миру, советник? – мелким колючим осенним дождем прошелестел граф Артур Диор. – Невероятно.
- Я призываю к умеренности. Лишняя кровь и деньги развратит народ. Кому это известно лучше вас, граф? - твердо, хоть и не настаивая, сказал Владлен. – Все так предсказуемо… к какой расе бы мы не принадлежали путь развития неизменен. И мы нуждаемся в людях.
- Так давайте подчиним их, - вождь самой малочисленной расы драконов-всадников по имени Той не любил лишних слов, он предпочитал действовать, стремление к власти всегда отличало его народность.
- Большая часть не сможет разделить ваше пристрастие, - насмешливо заметил Владлен. – Фей-ра вы хотите править людьми?
- Боюсь, что нет, - поморщившись при одной мысли, отказался властитель.
- Граф?
- Мы прекрасно уживаемся, - охотно сообщил вампир. – Открыто приказывать вовсе ни к чему.
- Нужно также учитывать, что людей гораздо больше, и они быстрее плодятся, их культура неизбежно поглотит нашу, пусть союзные расы останутся знатью. Мы должны держаться в стороне от основной людской массы, смешивать нашу кровь с сугубой осторожностью, - добавил Владлен, он держался в кресле очень прямо, при этом поза не казалась скованной.
- Я последую за вами советник, что бы вы ни приказали, - откровенно признался морской царь, ему было тяжело так долго обходиться без воды, и он желал закончить побыстрее.
- Думаю, здесь мнение совета совпадают, - подвел итог Стен. – Велите, советник, мы подчинимся.
- Хорошо, - неожиданно легко согласился Владлен. – Возможно, так будет лучше для всех. Я согласую договор. Три победы полная капитуляция на условиях противника, две – контрибуция и выдача военной верхушки, поединок, если лидер пожелает. Я запрещаю расходовать деньги, полученные от военных действий, куда-либо, кроме как в своих личных целях. Мы заключим союз с империей согласия, они заместят пять процентов наших войск.
Некоторое время шокированный совет молчал. Большая его часть сразу же спасовала перед столь открыто проявленной волей советника. Оставшееся меньшинство не решалось заговорить, стоило встретиться взглядом с советником, как возражения замирали на губах, члены совета буквально цепенели. Первый раз он воспользовался властью. И не похоже, что он собирался уступить хоть слово из сказанного.
- Мы покорны вам, советник, - округлив глаза от ужаса и собственной смелости, с трудом выговорил Стен Орвин. – Но к чему нам союз с империей согласия? А деньги было бы несправедливо взять только себе.
- С деньгами мы, кажется, покончили. Пусть гнет богатства ляжет на ваши семьи, не отравляйте обывателей, стоит им проглотить один лишний кусок, и они будут нуждаться в нем постоянно, - улыбаясь Орвину, словно поощряя его дерзость, сказал Владлен. – А союз с империей согласия мы заключим, потому что я так хочу. Еще вопросы?
- Желает ли кто-нибудь еще выступить? – поинтересовался Стен Орвин, совет молчал, в комнате не чувствовалось напряжения, обычного при принятии насильственных решений. Совет смирился с произволом Владлена за неполных двадцать минут. Причем все прекрасно понимали, что несоблюдение условий смерти подобно. Советник никогда не тратил слов зря. Они просто предпочитали уступить, причем, по общему мнению, в малом, чем перечить ему.
- Пригласите принцессу Софию, - продолжал распоряжаться Орвин, обернувшись к курьеру у дверей, тот моментально выскользнул за дверь.
София вошла с гордо вскинутой головой, ее символическую свиту опять оставили в приемной. Члены совета не поднялись с мест, принцессе не предложили места за столом. Ее принимали, как обычного дипломата.