Владлен относился к Анне с той же ровной приязнью, что укрепляло женщину в сомнениях на счет свадьбы. И сама она не проявляла свойственной невестам восторженности, вся радость досталась на долю Ники. Однажды поздним вечером, когда до свадьбы оставалось неполные три недели, и Анна проводила время с распорядителем, который пытался выяснить у нее какие именно коробочки для конфет она предпочитает. Дело двигалось ни шатко, ни валко. Вошел слуга и сообщил Анне, что ее хочет видеть советник, женщина с удовольствием сбежала от распорядителя.
- Доставили твои бриллианты, моя дорогая, - Владлен стоял у стола и пил воду из хрустального стакана, рядом с графином на столе помещался небольшой сундучок из гладкого, покрытого темным лаком дерева.
- Бриллианты? – удивленно переспросила Анна, подходя ближе к столу.
Владлен поставил стакан на стол и молча откинул лаковую крышку, в глубоких, выстланных бархатом, углублениях, мягко переливались чистейшие камни, вставленные в оправу из тонкого лимонного золота. Анна никогда не видела столько крупных бриллиантов разом, все они были огранены в традиционной круглой форме, спустя пару минут Анна сообразила, что перед ней не ожерелье, нить слишком длинная. Она долго не решалась коснуться украшения, Владлен ее не торопил. Наконец Анна вытянула цепь из коробки, удерживая ее на вытянутых ладонях перед собой и разглядывая.
- Ведь это…
- Пояс, - продолжил за нее Владлен, он отнял сверкающую нить из ее рук, обернул вокруг ее талии и застегнул, цепь была слишком длинна, чтобы ложиться на талию плотно, поэтому пояс чуть спустился на бедра и, похоже, был предназначен именно для этого.
- Довольно грубая поделка, - игнорируя безупречную отделку, добавил Владлен. – Очень идет таким хрупким девочкам, как ты. А здесь должно быть диадема, - сундучок оказался разделен на две половины, вторую прикрывала плотная обшитая бархатом крышка, Владлен вытащил ее полностью.
В отделении вольготно помещался венок из того же лимонного золота, тонко выделанный в виде сплетенных между собой веточек с листьями и кистями ягод. Каждый листочек выложен темно-зелеными изумрудами, каждая ягода – вычурно ограненный бриллиант, белый, красный или розовый. Нельзя было сказать, что венок переливается, он светился изнутри, отбрасывая на грани всякий пойманный лучик.
- Гроздья рябины? – тихо спросила Анна, разглядывая венок и пробегая пальцами по его витому краю.
- Да, - подтвердил Владлен, обнимая ее талию и прикасаясь губами к затылку, чуть ниже линии волос. – Горькие ягоды для моей невесты.
Ощутив его губы на своем теле, она вдруг поняла, что свадьба действительно состоится, и так испугалась, что сердце на мгновение замерло, она отдернула пальцы от диадемы, словно обожглась и повернулась к нему лицом.
- Что ты сделаешь? Бросишь меня у алтаря? Зачем, все это, зачем… За что? – она уткнулась лицом ему в грудь. – Пожалуйста, пусть все останется, как было, не нужно свадьбы, ничего не нужно.
Он прекрасно знал, каких слов она от него хочет, пара фраз и истерики закончатся моментально. Кто не лгал о любви? Но солгать, глядя прямо в ее чудные синие глаза, оказалось довольно тяжело, она слишком нравилась ему, чтобы это было легко. Оставалось говорить правду, ну или ее часть.
- Анна, я так хочу. Доверься мне, я не причиню тебе вреда, - он начал властно, но с каждым словом тон становился мягче. – Несколько клятв и все будет кончено. Разве это больно, разве это страшно?