Владлен чуть было не поинтересовался, какие чувства Лин имеет ввиду, но вовремя опомнился, понимая, что таким выпадом только затянет объяснение.
- Я уезжаю! – Лин грозно сдвинула брови и, печатая шаг, промаршировала к своей лошади, слуга помог ей подняться в седло. Лин бросила последний обвиняющий взгляд на Владлена и ударила лошадь каблучком в бок, лошадь прянула с места в карьер, чуть не сбросив с себя принцессу.
Остальные проехали уже порядочное расстояние, процессию возглавляла Елена, следом за ней ехали слуги Владлена ведя в поводу за собой лошадей принцев и герцога, Лин догнала их почти у самых ворот столицы. Елена представила себе реакцию отца и двора на то, что произошло, и содрогнулась. Ей отвечать, из оставшихся в живых она старшая.
Владлен вернулся в дом, только когда принцесса исчезла из виду. Вызвал к себе управляющего поместьем и перечислил ему, что из вещей следует вывезти с планеты в первую очередь. Он прекрасно понимал, что король не спустит ему смерть одного своего ребенка и безумие другого, пусть он и виновен в них только косвенно.
Спустя три дня во двор его дома въехал король в обществе небольшой свиты и отряда стражников. Их встретили слуги, и почтительно кланяясь, провели вглубь дома, большинство стражников и внушительная часть свиты остались во дворе, сохраняя на лицах суровое выражение.
Перед королем распахивали все новые и новые двери, нужно совершенно не обращать внимания на окружающий мир, чтобы не заметить, что дом приготовлен к отъезду хозяина. Мебель покрыли чехлами, опустили шторы, в некоторых окна закрыли ставнями. Во всем доме не нашлось бы и одной книги или личной вещи Владлена. Можно сказать, что поместье приготовлено умелыми руками если не к конфискации, то, по крайней мере, к долгому отсутствию жильцов. Наконец, короля подвели к двери в личный кабинет Владлена. Повелительным движением руки король велел сопровождению остаться в коридоре, в комнату с ним вошел только личный телохранитель.
Владлен, одетый по-дорожному, застегивал последнюю пуговицу на рукаве, увидев короля, он склонил голову. Кивок едва дотягивал до положенного по этикету минимума, но большого почтения Владлен выражать явно не собирался.
- Ваше величество, - без всякого удивления и уж тем более, без восхищения, проговорил он. – Я вижу, вы в трауре. Позвольте выразить вам свои соболезнования.
- Да как ты смеешь, убийца, - мгновенно побагровев, зарычал король. Его охранник подобрался и уронил руку на рукоять короткого меча. – Я пришел свершить суд над тобой.
- При всем моем уважении, ваше величество, я никогда не думал, что вы проводите выездные заседания суда. Судите, так как сказать, на дому, - насмешливо заметил Владлен. – Из этого не трудно заключить, что свидетельств моей вины найдено очень мало или вовсе не найдено.
- Я не стану обвинять тебя в несчастьях своих детей, мы здесь, для того чтобы ты понес наказание за смерть герцога, - едва сдерживая гнев, прошипел король.
- Давно прошли те времена, когда судили за дуэли, ваше величество, - возразил Владлен.
- Это не дуэль! – рявкнул король.
- Но и не убийство, если я не ошибаюсь, герцог умер от удара и… - Владлен осекся, его губы изогнулись в слабой улыбке. – Зачем вы приехали сюда, ваше величество. Не лучше ли поручить казнь слугам, особенно если она не имеет под собой никаких оснований, кроме личной ненависти.
Телохранитель выхватил меч из ножен, он никогда не позволял оскорблять своего хозяина, Владлен одарил его томным взором. Воин взмахнул мечом, желая нанести легкую рану в плечо, не из-за того, что тот представлял угрозу, а так – для профилактики. Король и не подумал его останавливать. Блеснуло лезвие, одним легким ударом раскрытой ладони по плоской стороне клинка Владлен выбил меч из рук телохранителя. Охранник не за что бы ни поверил, что такое возможно, расскажи ему кто-нибудь об этом еще вчера. Владлен не попытался подобрать или отшвырнуть оружие в сторону ногой, он улыбался сопернику откровенно приглашающей улыбкой. Король благоразумно отступил к двери, аккурат за мускулистую спину своего охранника. Воин вспомнил о своих прямых обязанностях и на Владлена не кинулся, если бы он так поступил, то открыл бы короля для удара. Увидев, что конфликт исчерпан, Владлен отступил к столу, стоящему у плотно зашторенного окна.