- Я не испытываю отвращения к алхимии, как, по-видимому, многие другие. Но фактически я не правлю. И, если вы говорите от всех цехов, то почему бы вам ни присягнуть Стену? Он весьма деятельная личность, - спокойно ответил Владлен.
- Мы – изгои, это правда, - помрачнев, согласился Вьер, - Но за нами сила, состоятельность и умение. Власть над цехами не такое уж несчастье.
- Охотно верю, - утомленно проговорил Владлен, - Но власть – смертная скука... – помолчав немного, он добавил с ноткой приязни в голосе, - Примите мой совет, присягните Стену Орвину.
Лорд неуверенно посмотрел на оборотня. Стен, изумленный таким оборотом событий не меньше главы цеха, улыбнулся ему.
- Я могу говорить только за себя, но, надеюсь, мне удастся изменить это. Тогда, возможно, Стен Орвин вы согласитесь принять мою верность, - решился, наконец, лорд. Он низко склонил голову уже перед ними обоими, но все-таки главным образом он кланялся Владлену.
- С удовольствием – подтвердил оборотень. Он шагнул к лорду Вьеру, протягивая руку, довольные другу другом, они скрепили соглашение крепким рукопожатием.
Глава цеха надел многострадальную шляпу на голову, последний раз на прощанье дотронулся кончиками пальцев до ее края и вышел из гостиной, за дверьми его ждал слуга, который проводил лорда на улицу.
Проводив Вьера взглядом, Владлен повернулся к Стену:
- Вы, конечно, не откажитесь от завтрака? – правитель, не дожидаясь очевидного ответа, пошел к дверям в столовую. За секунду, прежде чем, он коснулся створки, они обе услужливо распахнулись перед правителем и его гостем. На этот раз за накрытым к завтраку столом сидела девушка, у окна стоял светловолосый молодой человек. Юноша обернулся и глянул необычно темными глазами Стену прямо в лицо. Орвин невнятно чертыхнулся, его левая рука дернулась за надежно упрятанным за голенищем сапога кинжалом, но он вовремя опомнился и убрал руку, не вынув ножа.
- Он – вампир, - холодно прошипел оборотень, сузив глаза разглядывая юношу.
- Неужели? - с искренней, но довольно мягкой насмешкой, улыбнувшись, ответил Владлен, - Слышишь? Ты вампир, милосердный Валентин.
- Всегда к вашим услугам, мой господин, - сказал юноша в ответ и поклонился.
- Нет никого опасней таких тварей, - добавил Стен, отступив на шаг ближе к двери.
- Можно подумать вы нежный ягненочек, - промурлыкала девушка, оторвав взгляд от скатерти, которую до этого изучала.
- Достаточно, - прервал их Владлен. - Терпеть не могу ссор, да еще и начатых не мной. Семья милосердных Диоров живет в моем доме вот уже около шести лет.
- Из кого же она состоит? – повинуясь жесту Владлена, оборотень нехотя сел за стол, как раз между молодым человеком и девушкой.
- Нас всего двое, - томно проворковала девушка. – Я и мой брат. - Она обхватила тоненькими пальцами чашку чая и едва прикоснулась к ее краю губами.
Ее брат намазал на кусок хлеба впечатляющий слой масла, есть, понятно, не стал, положил его в десертную тарелку перед собой и со вздохом отодвинул недоступное лакомство от себя. Стен, наблюдая за тем, как вампиры изображают завтрак, почти потерял аппетит, но голодный желудок взял свое, и он приступил к еде с обычным энтузиазмом. Владлен цедил мелкими глоточками почти бесцветный настой чая.
- Вы думаете, Вьер вернется? - прожевав третье пирожное, поинтересовался Стен.
- Без всякого сомнения, - подтвердил Владлен. – Теперь ваши дела пойдут куда быстрее, – он тяжко вздохнул – Все это скучно.
- Я вас не совсем понимаю... – озадаченно протянул вожак.
- Нет, - спокойно отозвался Владлен. – Но поймешь и довольно скоро.
Владлен поднялся из-за стола, подошел к окну, но то, что увидел его, по-видимому не устроило, потому что он тут же от него отошел. Если бы он двигался не таким размеренным шагом, казалось бы, что он в раздражении мечется по комнате. И правда, последнее время его снедало беспокойство. Ни одно дело не увлекало надолго, ничто не удерживало внимания больше нескольких минут. Он, конечно, знал, в чем причина. Никогда, с самого детства, Владлен не страдал излишней нервозностью, он прекрасно знал свой характер, и ценил контроль над его проявлениями превыше всего. Но, возможно, пришло время для одной маленькой уступки собственным желаниям. В конце концов, цель всего – удовольствие.