- Сука! - не веря своим ушам, выдохнул Серж.
Он так стремительно вскочил, что кресло опрокинулось. Подлетев к Сабине, схватив за руку с такой силой, что бокал выпал из ее пальцев он, ничуть не сдерживаясь, ударил ее. Да не раскрытой ладонью, как принято в приличных семьях, а кулаком. Голова Сабины мотнулась, но больше он не мог причинить ей особого вреда. Сердце стало биться быстрее, разбрасывая по венам горячие уголья одуряющей легкости. Она, сама не заметив, отшвырнула подонка от себя как тряпичную куклу. Вместе с легкостью пришел голод, не такой сильный, как в первый раз, но она не стала его сдерживать.
- Ты пролил мое вино, милый. Придется заменить его напитком покрепче, - сладеньким-сладеньким голоском мяукнула она, и бросилась.
У Сержа не было даже крохотного шанса. Он еще не успел очухаться от удара об пол затылком, когда Сабина впилась ему в горло. К счастью для него хищнице не хватило сил выпить столько крови, чтобы убить его. Сначала Серж тщетно пытался оттолкнуть о себя жену, потом в глазах его помутилось, и он потерял сознание. А Сабина плача, пошла в ванну в очередной раз отмываться.
Следующим утром Кларисса Джакур тщательно готовилась к встрече со своим соседом. Она загодя отправила свою карточку, Владлен вежливо пригласил ее на завтрак. До последнего момента Кларисса не была уверена, что ее беседа с соседом принесет пользу, но днем раньше садовник, проследил за Сабиной и сообщил ей практически бесценные сведения. Великолепной Клариссе было невдомек, что садовник растрепал об измене Сабины всем слугам, а ее сынок узнал об этом от своего собственного камердинера. Тем более, она не знала, как молодая семья развлеклась ночью. Серж еще не очнулся.
Кларисса видела, как крепнет симпатия между Сабиной и Владленом, но сначала не придавала этому значения. Подозрения стали ее мучить только после того, как Владлен стал откровенно пренебрегать обществом. Мужчины поступают так, обычно поглощенные новым увлечением. Все равно она не могла поверить, что Сабина решится на измену. Она ошиблась, но обстоятельства вынуждали ее смириться с таким положением вещей, по простой причине – ради денег.
Она с гордо поднятой головой вошла через парадные двери поместья, в котором жена ее сына провела столько незабвенных ночей. Слуги, низко кланяясь ей, проводили мадам Джакур в столовую, где на огромном столе темного дерева накрыли к чаю всего лишь для двух персон. Увидев ее, Владлен тут же поднялся.
- Большая радость видеть вас, - на редкость ровным тоном заметил Владлен. – Хотя мне неизвестно, чем я обязан такой чести.
Кларисса сузив глазами с минуту разглядывала его, но не заметила и следа раздражения. Он предпочитал одиночество, дал ясно понять это обществу, а Кларисса нарушила его уединение, и он желал знать почему.
- Прошу вас, присаживайтесь, - выдержав паузу, пригласил Владлен.
- Благодарю, - холодно бросила Кларисса, и села на предложенный стул с таким видом, словно оказывала ему величайшее одолжение.
- Вы так внезапно оставили всех своих друзей... – издалека начала она, кончиками двух пальцев подхватывая с тарелочки конфету и откусывая маленький кусочек.
Владлен ей ничего не ответил, он неторопливо пил чай, не проявляя никакого интереса к разговору. Кларисса была вынуждена продолжать:
- Возможно, наше непритязательное общество разочаровало вас, - повысив голос, высокомерно поинтересовалась Кларисса.
- Я очень быстро утомляюсь, - двусмысленно ответил Владлен на откровенную грубость.
- Может быть, вас так утомляет связь с женой моего сына, Сабиной Джакур? – язвительно бросила Кларисса.
- Вам нравится врываться в дом малознакомых людей и высказывать им досужие домыслы? – с леденящими нотками в голосе, мгновенно отреагировал Владлен.
- Она во всем созналась, - нагло соврала Кларисса, глядя ему прямо в глаза.
- Что ж, это ваши семейные дела. Когда мне пристанет охота делать заявления или признания, я сообщу вам первой, - с этими словами он встал, тем самым, заставляя подняться и Клариссу.
- Пожалуйста, не сердитесь на меня, - нежнейшим голоском защебетала Кларисса, вынужденная сбавить тон. – Я стараюсь, устроить все как можно лучше для своих детей. В некоторых случаях, матери простительна откровенность.
Владлен молча поклонился и, повинуясь его приглашающему жесту, Кларисса с видом хозяйки снова расположилась за столом.