- Отчего вы не явились ко мне сразу после школы? – Кларисса всегда предпочитала нападать первой. Ее не останавливала прежняя неудача.
- Не знаю, что вам ответить, – поддерживая разговор, но не более того, сказал Владлен. – В той ситуации... не думаю, что наша встреча принесла бы мне пользу. И потом, меня не приглашали.
- Не знала, что детей нужно приглашать вернуться в родной дом, - как Кларисса не старалась, фраза выражала скорее сарказм, чем горечь незаслуженно обиженной матери.
- Не так давно вы отрицали саму возможность моего существования, - легко парировал Владлен. – Вы думали, что я мертв?
- Нет, - холодно сузив глаза, солгала Кларисса. - Я направила вас в отличные школы. О вас позаботились, вы получили достойное образование, как любая мать я ждала от вас элементарной благодарности, но вы не приехали.
- О, да, мое образование... – иронически повторил Владлен.
- Быть может, вы им недовольны? – на повышенных тонах поинтересовалась Кларисса.
- Отчего же, - спокойно возразил Владлен. – Единственное, в чем вас можно упрекнуть, если бы мне пришла в голову такая дикость, это мой несообразно малый возраст.
- Детей следует пестовать с младых ногтей, - уверенно заявила Кларисса.
- Вы абсолютно правы, - тут же согласился Владлен.
Разговор оборвался, Кларисса, недовольная своим собеседником, уставилась в тарелку, терзая ножом и вилкой поданное блюдо. Таким немудреным способом она пыталась заставить Владлена первым прервать паузу. Он мог играть в такие игры почти бесконечно. Аккуратно, одним движением ножа, отрезая маленькие кусочки хорошо прожаренного мяса, он, никуда не торопясь, отправлял их в рот, потеряв последние проблески интереса к окружающим его людям. Кларисса не выдержала первой:
- И как же вы жили, не имея семьи, друзей и привязанностей? – язвительно протянула она.
- Довольно удобно, - просто признался Владлен.
- Вот как? – недоверчиво усмехнулась Кларисса. – Что же вас привело сюда?
- По большей части любопытство, – отпивая глоток вина, чтобы скрыть улыбку, проворковал ее сын.
- Понятно. По большей части любопытство, а в остальном - одиночество, - снисходительно заключила Кларисса.
Они обменялись нежнейшими взглядами. Ненависть вскружила ему голову, он едва удерживался от ее проявлений, такая откровенная страсть претила всем канонам приличий. Кларисса почти допила свое вино, на ее щеках тревожно алели два пятна гневного румянца, она не желала видеть его в своем доме, все попытки провести время за легкой болтовней провалились.
- Коль скоро вы так любопытны, почему бы вам ни переехать сюда? Мы удовлетворим любой интерес, - с ноткой наигранной жалости, всем своим видом показывая, что от нее не скрыты истинные причины его приезда, пригласила Кларисса.
- Благодарю, нет. Мне бы не хотелось вводить вас в новые расходы, - прекрасно понимая, Кларисса заинтересована исключительно только в его деньгах, отказался Владлен.
- Возможно, мы не богаты, - оскорбилась женщина. – Но не нуждаемся, и легко сможем принять гостя.
- Нисколько не сомневаюсь, - слегка склонив голову, равнодушно подтвердил Владлен.
Подали десерт. Смена блюд отвлекла и немного сняла напряжение, царившее за столом. Впервые Кларисса не могла заставить своего ребенка подчиниться ее желаниям. А ведь так легко зазвать в гости, а потом сгрузить на него большую часть расходов. Другое дело откровенно попросить денег, до такого она никогда не опуститься. Тем более что он, скорее всего, даст их с унизительной легкостью и без всяких условий.
- Простите меня, - полностью сменив тактику, попросила Кларисса, длинные ресницы увлажнились, как бы от едва сдерживаемых слез.
Любуясь великолепной игрой, просто на грани искусства, он склонил голову к плечу. Как быстро и ничуть не смущаясь, Кларисса сменила роль строгой покровительницы на образ милосердной матери.
- Мне нечего вам прощать, - иногда безразличие самый верный способ уклониться от неискреннего примирения.