Пришлось провести в лесу неподалеку от поместья целых три дня, прежде чем жертва выехала на прогулку. Рольф знал от Клариссы, что он частенько ездит верхом по запущенному парку, прилегающему к дому. Для своего променада он выбрал самый гадостный день из трех, моросил мелкий дождик, в низинах плотным пуховым одеялом лег туман, солнце скрыло тучами. Ему, похоже, такая погода пришлась по вкусу. Рольф заметил Владлена еще издалека. Он залег на небольшом холме, рядом с дорожкой, вполне подходящей для верховых прогулок, едва заметные следы копыт свидетельствовали, что Владлен знает о ней. Его маршрут не изменился и на этот раз. Черный жеребчик, изящно выбрасывая длинные ноги, скакал неспешной рысцой, время от времени недовольно потряхивая красивой головой, погода ему тоже не нравилась.
Лесник дождался, пока всадник выедет на прямую дорожку, едва сгибающимися пальцами протолкнул в гнезда два патрона, хранившиеся в кармане нательной рубахи и поэтому теплые, защелкнул двустволку, направил дула в сторону ничего не подозревающего Владлена. Ход коня не сменился, враг Клариссы неотвратимо приближался к встрече со смертью. Рольф положил палец на ледяной курок, еще три мелких ленивых лошадиных шажка и все будет кончено. В стылой и сырой утреней мгле, где, казалось, от холода ничего не движется и ничего не может произойти, раздался выстрел, мгновенно разорвав полотно едва слышных и вполне обыденных звуков. Рольф не сомневался в удаче. В ту, же секунду, когда он плавно нажимал на курок, Владлен повернул голову и уставился в скрывающие охотника заросли. Ни прошло даже доли мгновения, как Владлен резко дернул поводья вправо, заставляя жеребца развернуться мордой к подозрительным кустам и поднял его на дыбы. На самом деле все его движения слились в одно. Почти весь заряд дроби достался коню. Холеное животное повалилось на землю, в агонии загребая землю копытами. Жеребец хрипел, инстинктивно пытаясь подняться на ноги, узкая морда покрылась кровавой пеной, наконец, влажный лошадиный зрачок закатился. Один из самых лучших представителей своего рода, конь, имеющий целых три печати на родословной изложенной на пяти листах, умер на влажной земле, покрытой осенней листвой.
Он спас жизнь своему хозяину. Владлен скатился с седла в пожухлую траву одновременно с выстрелом. Рольф, кроя отборнейшим матом весь свет, совершенно беззвучно, только губы шевелились, видел только, как среди деревьев мелькнул край его плаща. Подцепив ногтем большого пальца, пустую гильзу, лесник вставил новый патрон и пошел следом за Владленом. По счастью, дичь побежала в сторону противоположную от дома. Идти по следу не составляло никакого труда. Дождь как раз прекратился, трава, кусты и ветви деревьев набухли от капель воды, даже легчайший шаг стряхивал их, оставляя за собой вполне видимую даже неопытному человеку дорожку.
Рольф шел быстро, не бежал, и пошел гораздо осторожней после того, как заметил, что его дичь каким-то непостижимым образом почти не касалась ветвей деревьев, капли висели на них нетронутые. Рольф примерно себе представлял, куда направляется Владлен. Предчувствия его не обманули, Владлен спустился в низину и канул в густом тумане, как камень в омуте. Лесник слегка приостановился, раздумывая, не продолжить ли ему в другой раз, но быстро отбросил эту мысль. Следующего раза может и не быть. Перебросив ружье за спину, он вынул из чехла топорик и поудобнее ухватив топорище, двинулся вперед, внимательно вслушиваясь в шорохи. Каждый, кто блуждал в тумане, знает, как постепенно наполняется мир предметами, звуками и существами, передвигающимися в сплетении теней и молочно-белого пара. Через пять минут Рольф бы не поручился, что не ходит кругами, он считал, что у его дичи те же проблемы.
Владлен, раздраженный гибелью одного из самых лучших животных своей конюшни, да еще раненый дробью в правое плечо вовсе не метался в тумане, как можно было предположить. Он смотрел прямо на лесника, нежно зелеными глазами, взбешенного кота. Правда, он не собирался бросаться на него сломя голову, он уважал противника, в конце концов, тот сумел его подранить. Задело Владлена не сильно, ранки уже срослись, вместе с крупинками дроби внутри. После этой милой прогулки придется выколупывать их из себя по одной. Медленно вытянув из левого рукава тонкий обоюдоострый нож, без гарды, он взял его в руку рукоятью вперед, плотно прижав лезвие к запястью. На первых порах нож должен стать неожиданностью для лесника.