- Умоляю о прощении, советник. – По каким признакам он его узнал, осталось тайной.
- Мне не до вас, подите прочь, - холодно отозвался Владлен, он подал руку своей даме и спустился по последним ступеням, не обращая никакого внимания на хищную свору аристократов. Те, впрочем, старались держаться от них подальше. Княгиня приняла руку советника с благодарностью, потому что едва держалась на ногах. Несмотря на ее опытность в интригах и политике, княгиня проявляла редкую наивность в таком обычном бытовом вопросе, как собственная безопасность. В ее Империи никому бы в голову не пришло поднять руку на знатную аристократку. Простолюдины старались скрыться с ее глаз, еще до того как она замечала их присутствие. А когда избежать общения не удавалось, покорная почтительность вот и все что она видела от низших по положению в обществе. Впервые княгине пришла в голову совершенно элементарная и вместе с тем дикая мысль, что ее честь, а возможно даже жизнь, зависит от покровительства советника.
В двух шагах от лестницы их ждала карета без гербов, та самая в которой приехали Посланница и княгиня. Лакей помог княгине подняться внутрь, Владлен последовал за ней, но не дал лакею закрыть за собой дверцу. Ни в коей мере он не хотел, чтобы его дама решила, будто он покушается на ее добродетель. Они одни, карета заперта, бедняжка совершенно беззащитна, он находил такой способ соблазнения слишком грубым, даже вульгарным. Но и оставлять ее одну не следовало, карнавал не достиг апогея, до трех еще два часа, улицы за это время станут по-настоящему опасны. Впрочем, для того чтобы закрыть дверь кареты достаточно одного движения, советник был настроен соблюдать все внешние правила приличий. Как бы ни сложились его отношения с миледи Райн, он не собирался допускать в них даже легкого намека на насилие. Добрая воля. Ах, он никогда не оставался равнодушным к этому понятию. Если правильно воспользоваться им, то оно свяжет крепче самого отвратительного рабства - магического. Впрочем, советник никогда не видел ничего предосудительного в любом из средств, лишь бы помогло достичь желанной цели. Иногда ему казалось, что люди создали нормы поведения вовсе не из-за нравственных убеждений, а только от невыносимой скуки. Чем сложнее правила – тем меньше времени на тоскливое ничегонеделание. В кои-то веки поиграть по правилам, что может быть забавней?
- Боги мои, Авель! – княгиня вскочила с каретных подушек. – Она осталась там.
- Успокойтесь, прошу вас, - увещевающим тоном проговорил Владлен. – С ней Орвин, а раз так она в безопасности. Они будут здесь с минуты на минуту.
- Это просто кошмар, дикость, такое невозможно представить в приличном обществе, - скорее нервно, чем разгневанно воскликнула княгиня, она сняла маску и швырнула ее в угол. Владлен тут же последовал ее примеру, нарушая установленные правила вместе с ней. Таким образом, кто бы ни посмел высказаться на этот счет, сначала ему нужно было побеседовать с ним.
- Зато целый год после мы живем сравнительно спокойно, - даже не повернув головы, когда издалека послышался звук бьющегося стекла, крики и смех, отозвался Владлен.
Княгиня действительно испугалась, для нее воспитанной в тепличных условиях высшего света, такие беспорядки казались почти революцией. В ее империи государство крепко держало народ в рамках, наказывая за малейшее отступление от закона. Конечно, прежде всего, он защищал сильных, но и слабые могли изредка прикрыться им. Анна тревожно вглядывалась в темноту, Авель все не шла. Несколько раз она уже собиралась просить советника отправить кого-нибудь на поиски, стоило ей взглянуть на его расслабленную позу, как она мгновенно успокаивалась. Наконец, на лестнице показалась женская фигурка, одетая в ярко голубое платье, Авель буквально бегом спустилась с лестницы, за ней, так же поспешно следовал Стен Орвин, они смеялись. Авель взлетела в карету, едва коснувшись подножки и упала на подушки рядом с княгиней, ее глаза сверкали от возбуждения. Стен, увидев, что советник снял маску, мгновенно сдернул свою и, забившись в угол кареты, чтобы ни в коем случае не стеснять Владлена, бросил ее к себе на колени. Лакей закрыл дверцу, карета стронулась с места.
- Я никогда так не развлекалась, - обмахиваясь снятой маской, со значением глядя на Стена, сказала Авель. Потом, бросив на советника лукавый взгляд, явно желая поддразнить, упрекнула. – Вы не должны были приглашать меня в такое место, но я вам благодарна… за спутника. Правду говорят, что ваша планета лучшая в своем роде, здесь можно отыскать любое развлечение.