- Красивая девочка, - без малейшей тени сомнения или снисхождения, резюмировал свои изыскания Владлен. – Желанная… Да?
Он практически лег на нее, мягко оглаживая бедра, потираясь о лобок напрягшимся членом. Не понимая, почему он медлит, женщина не сразу сообразила ответить:
- Да.
Он направил член внутрь, первое проникновение, сразу глубоко. Изумленная размером, но не чувствуя боли от растяжки, женщина вскрикнула, широко раскрывая глаза и хватаясь за широкие плечи любовника. Обжала член со всех сторон, инстинктивно поджимаясь, весьма приятно для партнера.
- Шшшш, неженка синеглазая. Пусти меня.
Чуть приподнялся, наклоняя голову и лаская губами грудь, ощутимо прихватывая соски губами, сильно отвлекая от остального. Не торопился, словно бы природа не велела ему сразу же вспахивать женское тело быстрыми неумолимыми толчками. Стоило ей ослабить хватку, по гладкой обильной смазке вошел до конца.
- Ах, идеальная, - жарко проговорил, касаясь ртом ушка, Владлен.
Это правда, внезапно осознала Анна, из тела безупречно подходят друг другу, как филигранно откалиброванные части одного. Они целы и не зависимы по отдельности, но совпадают в собственных потребностях. Такое случается реже, чем хороший секс, а его в мире не так уж много.
- Не мучай, - попросила женщина, прижалась ногами к его бокам, поглаживая внутренней поверхностью бедер, намеренно провоцируя.
Владлен не заставил просить себя дважды. Двигаясь плавно, разгоняясь неспешно, стараясь уловить, как ей больше по душе. Зря, малышка хорошо реагировала и ей нравилось пожёстче, по крайней мере, перед самым пиком. Оргазм вышиб дыхание, заставил сбиться сердца. Она уснула у него на руках, расслабленная и удовлетворенная, не думая ни о будущем, ни о прошлом.
Владлен с детства не спал больше шести часов в сутки и никогда со своими любовницами в одной постели. Анна ничем не отличалась от других. Засыпая, она свернулась трогательным и скромным клубочком на краю постели, но стоило погрузиться в сон, как, тут же, придвинулась поближе, мало того, обвила вокруг пальчика прядь его волос. И все же, беспокойство не покидало ее, если бы она смогла, то слилась с ним в одно целое. Стоило ее пальцам запутаться в его волосах, как глаза его сузились от нескрываемого раздражения. Подобная вольность никому не сходила с рук. С минуту он раздумывал уйти или нет, потом окончательно смирившись со своей участью, перекатился на спину, притянув женщину ближе. Она, умиротворенно вздохнув, уткнулась носиком ему в плечо и, наконец, затихла. Закрыв глаза, он решил что, все же, то неудобство, которое она ему причиняет с лихвой окупается нежностью и беззащитностью ее сладкого тела.
Утро миновало, не затронув их своими лучами, лишь тяжелые портьеры слегка посветлели. Только ближе к полудню сменился ритм дыхания Анны, советник тут же открыл глаза. До ее пробуждения осталось несколько минут. Он терпеливо дождался, пока окончательно проснется и только тогда обнял, подмял под себя. Княгиня сполна ощутила тело молодого сильного зверя, в котором не чувствовалось и капли немощи, их не разделяла даже тонкая простынка. Поцеловав в шейку, отпустил. Широко раскрыв глаза, она дернулась в сторону, но не успела отодвинуться, как сильная рука обвила ее талию, удерживая на месте. Мужчина аккуратно выпутал пальцы княгини из своих волос. Анна тут же принялась закутываться в простыню и так увлеклась этим занятием, что чуть не упала с кровати, подхваченная Владленом у самого края.
- Перестань, - с ласковой укоризной в голосе велел Владлен и, поцеловав ее в висок, направился в ванную, он не стеснялся своей наготы, находя ее совершенно естественной, как всякий у кого в венах течет хоть капля оборотничей крови.
Скромность, правда, не помешала княгине проводить Владлена заинтересованным взглядом. Анна не знала как себя вести, своих любовников она принимала у себя и они никогда не оставались ночевать. По правилам она, вернее всего, должна была уйти еще вчера. Уходить днем, не то же самое, что ночью. Дом полон слуг. На это еще нужно решиться. Она полностью осознавала необходимость уйти и, одновременно, не хотела уходить. Ее тело слишком хорошо запомнило его руки. Только по-настоящему порочный человек может придаваться страсти, так размерено. Вкус этого запретного плода знаком ему, не было нужды, есть его, захлебываясь от наслаждения и жажды. Из-за этого, да еще потому, что она совершенно потеряла голову, Анна не могла оценить степень его привязанности. Зато в полной мере понимала, что значит для нее связь с ним. Она влюбилась! Как глупая пятнадцатилетняя девчонка. И выбрала для этого самого опасного человека, которого когда-либо встречала.