- Принесите мой черный шелковый шарф. – Потом снова повернула голову к Анне. – Снимите медальон, браслеты тоже. Теперь серьги, не длинные, что-нибудь с красными камнями.
К шкатулке с украшениями Каринджа не подошла, одним покачиванием головы отвергла несколько вариантов, в конце концов, остановила выбор на небольших серьгах с мелкими рубинами цвета голубиной крови и алмазами. Вернувшейся служанке велела собрать волосы княгини под золотую сетку и повязать на талию принесенный шарф, так чтобы концы свисали сзади до самого края платья.
- Вы готовы, - устало заключила Каринджа и вышла из комнаты, не дожидаясь одобрения княгини.
Разглядывая себя в зеркало, Анна нашла, что выглядит чуть более экстравагантно, чем бы ей этого хотелось. Менять платье и украшения было слишком поздно, она и так заставляет советника ждать. Только в карете ей пришло в голову сравнить свой наряд с окружающими. Из всех четверых она одна одета в белое. Милосердный Валентин Диор только в черное. Каринджа предпочла темно-синий шелк, ворот платья глухой. Владлен пренебрег общей страстью к тотально темным цветам, отдавая дань традиции – черный фрак, белая сорочка с белым же галстуком, никаких украшений. Ясно, что их статус различается, но в чем Анна не могла уловить. Карета остановилась, она вошла в великолепный, умело освещенный дом, под руку с советником. Следом за ними шли Диоры. Слуги распахнули двери, в залу полную света, смеха, шума. Церемониймейстер ударил тяжелым посохом о пол и с промежутком в несколько секунд, объявил:
- Меценат Владлен Джакур и спутница!
- Милосердные Диоры, брат и сестра!
Все присутствующие обернулись к ним разом и склонились в глубоких поклонах. Владлен, не отпуская от себя Анну, прошел несколько шагов и остановился возле мужчины, низко склонившего голову.
- Граф, - равнодушно произнес советник.
Мужчина поднял голову и, прижимая руку к груди, мягко прошелестел:
- Я несказанно счастлив видеть вас в моем доме, ваша милость, - голос его был как теплый летний дождь. – Это такая редкая честь.
В самой сердцевине черных графских зрачков дрожало и перекатывалось по маленькой ослепительной красной искре. Он не отводил томных очей от советника, но даже в неподвижности нельзя было сказать, таким ли странным образом отражается в его глазах свет свечей или же это природная особенность.
- Мы все здесь не более чем ваши слуги, располагайте нами, как угодно, - почти сладострастно продолжил граф, на что Владлен ответил лишь слабой полуулыбкой.
Граф на мгновение перевел взор на Анну, что заставило ее буквально вцепиться в советника.
- Княгиня Анна Кинави, - спокойно представил ее Владлен, женщина с трудом нашла в себе силы отнять свою руку от его руки и присесть в легком реверансе. – Княгиня, мы гостим у графа Артура, главы рода Диоров.
- Могу я пригласить вас на танец, княгиня? – тут же откликнулся граф.
Анна повернула голову к советнику, в глазах ее плескался откровенный ужас.
- Боюсь, моя дама не танцует, – успокаивающе произнес Владлен, глядя на нее, а не на Артура.
- Какая жалость, - легко отступил Диор. – Не смею больше отнимать у вас время.
Только теперь, Анна поняла, что попала на бал вампиров. Еще пару минут потребовалось, чтобы выяснить, она принадлежит к чуть более многочисленной компании людей. Валентин и Каринджа давно отделились и затерялись в толпе. Оказалось, что гости занимают вовсе не одну, а целую анфиладу комнат, расположенных одна за другой. Открыты были и верхние этажи, для тех, кому требовалось уединение. Владлен увел ее к небольшому диванчику, взял с услужливо подставленного подноса бокал шампанского, сначала для нее, потом для себя. Княгиня жалась к нему, как стеснительная девочка, но с любопытством поглядывала по сторонам. Вампиры, особенно молодые, иногда забывались и тогда их движения сливались в один скользящий по паркету мимолетный абрис человеческой фигуры. Зрелище пугающее и завораживающе красивое одновременно. Ни у кого из людей не было черного пояса, у некоторых из них черные атласные ленты украшали запястье или шею. Немногие носили на горле узкий алый шнурок.
Объявили вальс, пары в черном кружились с потрясающей легкостью, словно законы физики не существовали в этом месте. Время от времени из толпы выныривали наиболее знатные рода и подходили кланяться Владлену, он был к ним вполне благосклонен, двум даже позволил поцеловать руку. Иногда они, больше частью дамы, задерживали взгляд своих неподвижных глаз на княгине, но никто из них не посмел к ней обратиться. Луна взошла в зенит. Граф вышел в центр залы хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание и негромко сказал: