Стивен спросил, нельзя ли провести у них ночь, добавив, что утром они уйдут.
Вид у Харбена был такой, словно ему нанесли величайшее в мире оскорбление.
— Только на одну ночь? — проворчал он. — Что ты за человек? Эта твоя жена тоща, как палка, и где, спрашивается, ваши дети? — И, не дожидаясь ответа Стивена, добавил: — Мое домашнее пиво мигом зародит ребенка в ее плоском животе!
Стивен кивнул, словно Харбен только что изрек поразительную мудрость.
— Знаешь, я тут давно думал о том, что не мешало бы и нам завести ребеночка, а уж домашнее пиво — первое для этого средство.
Харбен издал звук, могущий сойти за смешок.
После простого ужина, состоящего из молока, масла, сыра и овсяных лепешек, они все расселись вокруг очага, в котором горел торф. Стивен сидел на табурете, вырезая игрушку для Рори Стивена. Бронуин пристроилась на полу, опершись о его колено. Керсти и ее мать сидели по другую сторону. Доналд и Харбен смотрели в огонь.
Доналд, уже показавший себя хорошим рассказчиком, только сейчас весело поведал о Бронуин, продававшей напиток, и реакции Стивена на ее вызывающее поведение. Закончил он историей о встрече Бронуин с Макгрегором.
Бронуин вместе со всеми смеялась над собой.
Но тут Харбен вскочил, перевернув табурет.
— Отец, — встревожилась Керсти, — опять рука болит?
— О да, — с горечью бросил он. — И боль ни на секунду не утихает, с тех пор как Макэрроны ее отсекли.
Стивен немедленно сжал плечо Бронуин.
— Но теперь не время… — начала Неста.
— Не время! — завопил Харбен. — Когда это не время ненавидеть Макэрронов? — Он повернулся к Бронуин и Стивену. — Видите это? — спросил он, показывая на пустой рукав. — На что годен мужчина без правой руки? Сам Макэррон отрубил ее. Шесть лет назад он украл наш скот и унес с собой мою руку.
— Шесть лет назад, — прошептала Бронуин. — Но разве Макгрегор, в свою очередь, не совершил набег на земли Макэрронов? Тогда он убил четырех человек.
Харбен небрежно отмахнулся:
— Так ему и надо за то, что крал наш скот.
— Неужели Макэррон должен был сидеть и смотреть, как убивают его людей? Должен же был он отомстить!
— Бронуин, — остерег Стивен.
— Оставь ее в покое, — отрезал Харбен. — Жена у тебя молодец! Что ты знаешь о Макэрроне?
— Он…
— Бронуин живет у самой границы с землей Макэррона, — вмешалась Керсти.
— Должно быть, у вас немало бед из-за этих негодяев, — посочувствовал Харбен.
— Вовсе нет, — улыбнулась Бронуин.
— Ты должна сказать мне… — начал Харбен, но Керсти поспешно встала:
— Думаю, нам всем пора спать. Не забывайте, завтра придется доить коров.
— Да, — согласился Харбен. — Утро с каждым годом наступает все раньше.
Позже, когда Бронуин и Стивен улеглись на соломенный тюфяк и укрылись пледами, она обреченно прошептала:
— Только не нужно читать мне наставления.
— Я и не думал, — заверил Стивен, прижимая ее к себе. — Мне нравится слушать ваши споры. По-моему, ты встретила свою ровню, и нашла коса на камень. Ни ты, ни Харбен не в силах поверить, что в другом клане может быть что-то хорошее.
Она хотела ответить, но он поцеловал ее, и они мирно заснули.
Наутро гонец привез вести, помешавшие Стивену и Бронуин покинуть дом Харбена. Стало известно, что лэрд клана Макэрронов вместе со своим мужем-англичанином таинственным образом пропали. Макгрегор объявил награду за их поимку.
Стивен ухмыльнулся, когда Харбен объявил, что был бы рад привести к Макгрегору уродливую ведьму, связанную по рукам и ногам, но улыбка тут же исчезла, поскольку тот же Харбен назвал англичанина ничтожным павлином, не стоящим той земли, в которой его похоронят. Бронуин горячо согласилась с его мнением, после чего Стивен помрачнел, как ночь. Но Бронуин продолжала издеваться над мужем, пока Керсти не положила конец разговору.
— Я отплачу тебе за это, — прошептал Стивен, когда они пошли в загон, где стояли молочные коровы.
— Подвергнув меня своим алчным английским ласкам? — поддразнила она и пошла вперед, зазывно покачивая бедрами.
Стивен хотел было достойно ответить, но неожиданно ощутил, что просто сгорает от алчности, и поэтому только молча улыбнулся и подошел к корове.
Бронуин всю жизнь провела рядом с арендаторами и по крайней мере была немного знакома с работой на ферме. Но Стивен умел только вести солдат в бой. Сев на табурет, он озадаченно уставился на корову.
— Вот смотри, — тихо сказала подошедшая Керсти и показала, как дергать корову за соски. Милая женщина даже не обратила внимания на его проклятия, когда он ухитрился опрокинуть молоко на себя.