Её взгляд метался от меня к Мелани и обратно. Она словно ждала, что та ответит за неё. Или пыталась рассмотреть в глазах сестры призрачное разрешение, однако не произошло ни одного, ни второго.
— Видишь? Она не поедет, ясно? — она уже чувствовала, что одержала победу. — Уходи, мы ждём...
— Кого? Майкла? — перебил я. — Которого даже не существует.
Их лица изменились.
Хлоя стыдливо спрятала глаза. Она понимала, что их наглую ложь раскрыли.
До чего же мило она краснеет, я готов целую вечность наблюдать её такой смущённой. Когда ещё выпадет такая отличная возможность. (В любой момент, на самом деле, эту девушку просто смутить.)
— Майкл есть, и он скоро будет здесь, раз тебе так не имётся, — брюнетка говорила громко, уверенно, с дерзкой улыбкой, — и он очень красив! К тому же, богат! А ещё Майкл обещал подарить Хлое новую машину. Красненькую такую. Правда?
Хлоя стояла, опустив глаза, и незаметно теребила край своей футболки. Очень даже симпатичной, спешу заметить, даже забавной. С принтом какого-то плюшевого медведя.
— Ну... да.
— Не обременяйте себя ложью, — я покачал головой, и мне не оставалось ничего, кроме как нагло забрать Хлою, — вернёмся поздно, так что не звони. До встречи, Мелани.
— Винсент! Винсент, ты сраный козёл! Да я тебя просто...! — и ещё сотни оскорблений врезались мне в спину.
Плевать, зато Хлоя со мной. На моём плече. Да, я забросил её на плечо и просто ушёл. Каблукову её сестрёнки нет, избить меня на этот раз некому.
— Куда ты собрался? — Хлоя подала голос только тогда, когда оказалась на переднем сиденье машины.
Я пристёгивал её, пока она смотрела на меня своими огромными зелёными, как у лесной нимфы, глазами. В комиксах такие видел и думал, они только на рисунках бывают. Оказалось, нет, сам в такие втюрился и не жалею ни капли.
— У нас с тобой срочные дела, — загадочно, без подробностей, чтобы не смогла соскочить, — родители где живут?
— Что?
Она явно не ожидала, что я об этом спрошу хоть когда-нибудь. Я бы и не стал, если б не распоряжение отца.
— Родители твои где живут? Они из Спринквуда?
— Мама, — непонимающе кивает, — а папа... Не знаю.
— Это как?
— Он ушёл, когда мы с Мелани появились, — я не ожидал такой прямой правды.
Нужно было что-то сказать, а у меня не находилось слов. Раньше я не спрашивал у неё о семье. Почему-то думал, что оба родителя при ней. Всё-таки сестра — девчонка боевая, казалось, её воспитанием занимался какой-нибудь офицер или военный.
— Говори адрес мамы.
Не собирался вдаваться в подробности, чтобы не смущать её ещё сильнее, и так вижу, как ей неловко.
Мы ехали в непривычной тишине. Обычно Хлоя говорит без умолку, сегодня же она спокойна, даже медлительна, словно расстроена чем-то.
— Хлоя, — она повернулась ко мне, — что с тобой? Кто-то обидел?
— Нет, просто... Прости, ты уже всё знаешь, наверное, — она говорила о Майкле и том кулоне, — я не хотела тебя обманывать.
— Тогда почему обманула?
Захотелось вдавить педаль газа, чтобы эту несносную девушку впечатало в сиденье. Не мстить хотелось, а лишь преподать урок.
Хлоя почему-то молчала. Может, уловила моё раздражение, а может, ей просто нечего ответить. Раньше подобного не случалось, она говорила всегда и обо всём. Говорила и говорила, пока у неё не начинал заплетаться язык. В такие моменты она смеялась и меняла тему.
Это меня в ней особенно привлекало.
— Я не слышу ответа, Хлоя. Почему ты меня обманула? — мне хотелось вытянуть из неё правду, какой бы она ни была.
— Я не знаю.
— Врёшь.
— Мелани не хочет, чтобы между нами что-то было, — еле слышно сказала она и отвернулась, — и я тоже.
В этот момент во мне что-то умерло. Что-то, что называют надеждой.
Машина резко затормозила. Хлоя чуть не улетела вперёд, ремень удержал её на месте.
Злости не было. Сердце билось в своём привычном ритме. И страха не было. Одним словом — пустота. Я ожидал услышать всё, что угодно, но не это.
— Как это понимать?
— Понимаешь, мы не должны быть вместе, — неуверенно заявила она таким голосом, словно вот-вот расплачется, — давай оставим всё как есть и забудем, что было.
Нет в ней понимания, что она делает. Её как будто заставили.
— Ты предлагаешь мне забыть? — вот сейчас я уже начинал злиться. — Мы не будем ничего оставлять! Я знаю, что это не твоё решение, тебе его кто-то вбил в голову. Скажи, это сделала сестра?
Хотелось придушить её за такие слова. Да даже за мысль такую хотелось ей хорошенько...! Нет, не могу, ни за что. Просто вспышка, я бы ни за что...
— Винсент, у нас нет будущего, что бы ты ни пытался сделать, — она вся дрожала и не решалась взглянуть на меня, так и сидела, отвёрнутая к окну, — я ценю твою заботу и всё же... Нужно покончить с этим. У меня есть причины, которые я имею право не озвучивать, и ты должен меня понять.