— Ты ведь хочешь, чтобы я поехала.
Больше я не оставлю её наедине с этими мажориками. Мало ли что у них на уме. Хотя Крис казался куда порядочнее осла-Винтика. И выглядел взрослее, и вёл себя стабильнее.
— Я заеду за вами в выходные. Скажем, в воскресенье. Вы ведь в этот день не учитесь, верно?
Уже и расписание моё выучил. Наглости нет предела.
— Адрес знаешь, — киваю ему, — тогда в этот день гуляем за твой счёт полностью.
Кристиан изогнул бровь и выглядел удивлённым. Да он от каждой моей фразы шарахается.
Ну давай, мажорик, посмотрим, кто кого. Я готова третировать тебя вечность, только продолжай смотреть так же растерянно.
— Все девочки Бронте такие беспардонные и неукротимые? — Я рассмеялась в голос, и он тоже. — Мелани, если хочешь осушить мои счета, то выбери другой способ. Хоть десять лет за мой счёт гуляй, — добавил чуть тише.
— Раз так, сводишь нас на шоппинг. Тебе ведь это просто, — пожала плечами, а Крис лишь кивнул, — завтрак, обед и ужин в ресторане, который я выберу, — и на это кивнул, — и ещё хочу, чтобы ты забрал нас на крутой тачке. На красной феррари. Такое сможешь?
— Смогу, — и лыбится, — но за мою помощь с тебя взаимная.
Стискиваю зубы от негодования. Ещё и смеет что-то с меня спрашивать, вот ведь придурок.
Но стоит отдать ему должное — Крис хитрее какого-то там Вандербильта. И симпатичнее — отрицание будет ложью.
— Какая?
— Разреши Хлое быть с Винсентом, — я собиралась возразить, но он продолжил, — она мечется с твоих подачек, не иначе. Я вижу. — Снова перебивает мои мысли и сверлит взглядом, насквозь прожечь хочет.
Думает, что уже прочитал меня, как открытую книгу. Рыдай, Ороузен, ты видел лишь заголовок. Я приятно удивлю его, да так, что вешаться захочет.
— Я не буду этого делать, — складываю руки, — Хлоя и твой дружок вместе не будут. Как и мы с тобой, если ещё не понял.
— С тобой я разберусь сам, твоё согласие здесь не требуется, при всём моём уважении, — его голос стал твёрже, — а их оставь и забудь. Они сделают всё сами.
— Как бы потом не пришлось искать акушера, — недовольно фыркнула я.
Кристиан слишком высокого о себе мнения, строит из себя не пойми кого. Дофига загадочный, бесит.
— Вин сам найдёт, если появится необходимость. А ты не вмешивайся, Мелани.
— Говоришь, как Вандербильт, ты случайно не его родственник?
— Нет, мы давние друзья.
— Обольстители Роялхелвена, — киваю.
— Не вспоминай, — отводит взгляд, будто ему стыдно, — это была ошибка, которую я желаю забыть. И Вин, вероятно, тоже. Были молоды и глупы.
— А сейчас резко постарели? — на моём лице усмешка. Люблю его выводить. — И сколько вам?
— Мне двадцать четыре.
Взрослый. Постарше меня.
— А ему?
— Двадцать два. Тебе и Хлое девятнадцать, я помню.
Теперь ясно, почему он кажется таким зрелым. Однако два года — мелочи, почти ничего.
— Надеюсь, мы друг друга поняли и услышали, — он снова стал весь из себя белый и пушистый, и тон голоса изменился, — в воскресенье ждите меня.
За последние два часа я съела три восхитительных лимонных чизкейка, две порции картошки фри, какой-то салат на добивку и запила всё это огромной колой. Когда еда бесплатна, мой желудок превращается в чёрную дыру. Хвала моему метаболизму.
А Крис обошёлся одним стаканом кофе.
Пусть учится экономить. Ещё пару дней и мы с Хлоей сольём его баблишко на всё, что только душа пожелает. Я сама себе пообещала, что в воскресенье не буду себе ни в чём отказывать.
Мне пришлось изрядно помучаться за эти почти три месяца. Пусть теперь парни страдают. Я это обеспечу. Особенно после фразы о том, что он разберётся со мной. Его плану суждено провалиться.
Давай, сука, сделай ход, останешься бомжом в панамке.
Не по сценарию.
— Как это не поедешь?
— Мел, я не могу, — стягиваю с волос последнюю бигуди и поправляю укладку, — Винсент пригласил меня к себе. Разве я могу отказать?
— Хочешь оставить меня наедине с Крисом? Это тебе нужны туфли, а не мне, — напоминает она, сложив руки на груди. — Хло, ты вот серьёзно собираешься идти к парню, который несколько дней кормил тебя молчанием?
Абсурд, согласна. Но не могу иначе.
— Может, ему нужно было собраться с мыслями? Ну, Мел, не будь так критична, — смеюсь я и приобнимаю сестру. — Мне уже пора, Винсент ждёт внизу.
— Иди уже, иначе нефтяной ребёнок начнёт рыдать навзрыд, — она едва не закатывает глаза.
У нашего подъезда стоянка всегда пустовала. Не для наших мест машины. Кататься тут некому — одни старички с больными суставами.
Но не сегодня.
— Хлоя, добрый день, — доносится голос Кристиана, стоящего у своей роскошной чёрной машины, — наконец-то ты вышла. Вин очень ждал тебя.