— Помолчи, — прошипел Винсент и отошёл от своего авто. — Привет, Хлоя, я… — Он замялся, прикусив нижнюю губу. Его руки еле заметно дрожали и будто сами рвались обнять, но застыли в нерешительности.
Таким растерянным я его не видела даже в день нашей первой встречи. Тогда, на свадьбе, Винсент был полной противоположностью — уверенным в себе до головокружения. И у меня реально кружилась голова, то ли от резкой смены положения из вертикального в горизонтальное, то ли от его красоты.
Не дослушав, я распахнула массивную серебристую дверь и уселась на переднее сиденье, нарочито оставляя дверь открытой. Не со злости, а так, лёгкий намёк на характер.
Винсент привык, что я самая неприхотливая сестра Бронте. А это не так. Исчезать, а потом появляться ни с того ни с сего — это нечестно. И обидно. Парни так не поступают.
— Она невозможна, — донёсся вздох Винсента.
— Они обе невозможны, сёстры ведь, — рассмеялся Крис, но смех его оборвался, когда тяжёлая подъездная дверь распахнулась. — Мелани, — его голос смягчился.
Винсент захлопнул мою дверь, кивнул Мелани и поспешно устроился за рулём.
— Хлоя, почему не дослушала? — первое, что он сказал, когда мы остались одни за тонированными стёклами.
— Ты молчал три дня. Как я должна реагировать?
Я не злилась на него, а понимала. Он впервые столкнулся с таким. Но это не мешало мне его немного проучить.
Его пальцы так крепко впились в руль, что чёрная кожа заскрипела. Я видела, как напряглись скулы на его голливудском лице.
— Хлоя, — его голос сорвался на низкий, хриплый шёпот, словно он готов был взорваться.
Его пальцы впились в руль с такой силой, что костяшки побелели. Ой.
Инстинктивно я вжалась в кресло. Видела, как нервно пульсирует скула на его идеально выбритой щеке, как напряглись мышцы шеи под тугим воротником. Перед глазами вдруг всплыло, как он набрасывался на меня с криком, и от того воспоминания до сих пор холодели руки.
Увидев страх в моих глазах, Винсент остыл. Он резко откинулся на спинку кресла, провёл рукой по лицу, и его плечи сникли.
— Я мудак, — выдал вдруг он.
Этого я точно не ожидала. Вообще никогда. И по моему ошарашенному лицу Винсент всё мгновенно понял.
— Я… я другое хотел сказать, — он запнулся, слова вдруг перестали ему подчиняться, — прости меня, Хлоя. Я повёл себя как мудак.
Винсент поник, голову опустил. Сидел и теребил руль. Столько растерянности было в нём, что мне стало не по себе. Я успела привыкнуть к самоуверенному и наглому Винсенту Вандербильту. А сейчас передо мной сидел виноватый мальчик, и этот образ с ним никак не вязался.
— Ко мне приходила твоя подруга, — я вопросительно вскинула брови, и Винсент поспешил пояснить, — блондинка такая, волосы короткие, высокая, бегает и визжит ещё.
—Аааа…
Так он говорил о Келли. Я совсем позабыла.
— Она искала в моём доме какие-то туфли, — выжидающе смотрел он на меня. — Ты что-то об этом знаешь?
Вот чёрт, туфли!
— Я их потеряла ещё давно, — призналась я стыдливо, чувствуя, как горит лицо, — Мел и Кристиан поехали за ними в магазин, купят такие же.
— Так я дал ей денег на новые туфли, — Винсент нахмурился, а потом рассмеялся, прикрыв рот кулаком, — и Крис об этом прекрасно знал.
Я резко развернулась к нему с огромными от изумления глазами.
— Но он сам её позвал! И они уехали вместе…
— Значит, Крис умный мальчик и всё продумал, — он усмехнулся, качая головой, — и мы не будем им мешать. Я пригласил к себе, значит, едем.
Он завёл машину и пристегнулся. Я — следом.
Получается, я оставила Мелани вместе с Кристианом, а тот всё подстроил, как настоящий нахал. Не за неё беспокоюсь, а за него, Мел постоять за себя в силах. Бедный нефтяной ребёнок… Что же сделает с ним моя сестрёнка? Ну, он знал, в кого влюбляется. И, как мне кажется, Мел к нему тоже неравнодушна, просто не хочет признаваться. Она такая упрямая, ещё с пелёнок. Кристиану точно конец!
За окном стремительно сменялся пейзаж. Скромные частные домики и узкие улочки Спринквуда растворились, уступив место взмывающим в небо многоэтажкам, ослепительным витринам бутиков и потоку машин, каждая из которых стоила целое состояние.
Одним словом — Роялхелвен. Место, куда съезжается вся элита.
С детства я представляла, как окажусь здесь повзрослевшей. Среди здешних кукол, которым дозволено всё, потому что у них есть зелёные бумажки, стянутые цветными резинками.
Когда мы с Мелани навещали маму на работе, я не могла оторвать взгляд от местных — все как на подбор, идеальные. Не то что в Спринквуде. Там можно встретить девушек совершенно обыкновенных, безвкусно одетых или абсолютно серых. Здесь даже дома все выглядят презентабельно.