— Да как вы смеете! — Катрин взвизгнула, но затихла, когда Мелани резко занесла руку.
— Ещё раз заорёшь — леща получишь. Можешь спросить у Винсента Вандербильта, он подтвердит, что я не шучу.
Я не могла не восхищаться ею в такие моменты. Мелани всегда была вот такой — бесстрашной и неукротимой. Она не боялась ни денег, ни чужой власти.
— Какое у вас место в Золотом списке, что позволяете себе такое? — девушка гордо взмахнула кудрями. — У меня одиннадцатое. Понимаете, с кем разговариваете?
— А у меня нулевое, прикинь! Знаешь, что ещё у меня нулевое? — Не дожидаясь ответа, она продолжила, понизив голос до опасного шёпота. — Терпение. И в кармане у меня зэковская заточка. А это место — слепая зона для камер. Теперь понимаешь, с кем говоришь?
Лицо Катрин перекосилось то ли от страха, то ли от унижения. Сегодня, видимо, день, когда всех ставят на место. И эту поставили очень жёстко.
Да, она сестра Кристиана. Безупречная светская львица, спору нет. Но её слова были такими же острыми и ядовитыми, как и взгляд. Похожи они с братом только внешне, характеры в корне отличаются.
После не самого удачного разговора Катрин резко развернулась и направилась к выходу, глухо и отрывисто стуча каблуками по потрёпанному линолеуму. Туфли на ней были потрясающие, я очень хотела бы носить подобное. И вкус в одежде тоже потрясный— на ней красовался изумительный костюм из небесно-голубого твида. Как бы мне хотелось такой же…
Но при всём её отменном вкусе, здесь, в стенах нашего университета, она смотрелась как павлин в курятнике. Нелепо.
Её отец-спонсор — возможно, нужен в Спринквуде, но не она сама. Не нужна ровно так же, как и любая другая обитательница Золотого списка. Они кричат о своём статусе каждой деталью, а в Спринквуде так нельзя.
В который раз уже сталкиваюсь с этими истеричными принцессами, выросшими в бархате и золоте. Теперь понимаю, почему те двое, Кристиан и Винсент, не повелись на подобных. С такими, как Катрин, любой бы свихнулся.
— Она к нам больше не сунется, — с победной ухмылкой Мелани обняла меня за плечи и повела к выходу.
Моя сестра потрясающая. И пусть у неё нет ни миллионов на счету, ни места в списке, ни голубого твидового костюма. Но у неё есть я. А у меня — она.
**
На университетской парковке снова столпились студентки, а это верный признак — за мной приехали. Вернее, за нами.
— Пойдём, Мел.
Я взяла сестру за руку и пробиралась сквозь оживлённую группу девушек. За их спинами серебристой машины не было видно, но я знала, что она там.
В этот раз пройти оказалось сложнее, чем обычно.
— Куда лезешь?!
— Стой сзади, все ждут!
Несколько девушек грубо толкнули меня, пока я пыталась протиснуться. Сжав ладонь Мелани крепче, я в ответ резко вильнула бедром, отодвинув одну из назойливых фанаток.
— Эй!
— Совсем охренели!
— Да куда вы прёте?
Одна из них, самая дерзкая и высокая блондинка, решительно преградила нам дорогу, сложив руки на груди.
— Далеко собралась? — презрительно протянула она. — Здесь все машину смотрят, а ты ломишься. Хочешь посмотреть — вставай в очередь и жди.
Какая же она противная!
— Рот закрой, — неожиданно для себя выпалила я, копируя манеру Мелани.
— Мы не смотреть, а садиться, — с наездом добавила сестра и решительно толкнула девушку плечом. — С дороги, дылда!
Именно с этим воинственным криком мы наконец прорвались к машине и ввалились внутрь, захлопнув дверь.
— Сбей их, — первое, что сказала Мел, оказавшись на сиденье. — Чтобы жизнь малиной не казалась.
— Я тоже невероятно рад тебя видеть, Мелани, — рассмеялся Винсент, бросая беглый взгляд в зеркало заднего вида.
Несколько раз он коротко и громко нажал на сигнал. Снаружи раздался оглушительный гудок. Толпа нехотя расступилась.
— Пристёгиваемся и в путь. Где тут у вас приличный супермаркет? «Гринкотт», например?
— Я не буду есть продукты из этой мусорки, —Возразила Мел. — Они такие же гнилые, как Логан Прескотт.
— Тогда остановимся в первом попавшемся. Но в этом случае на завтра ничего не планируйте.
Мелани фыркнула, но в уголке её губ мелькнула усмешка. Я не сразу поняла шутку.
Ехал Винсент быстро и уверенно, машина слушалась его. Видно, что за рулём он чувствует себя как рыба в воде.
Поначалу Мелани демонстративно игнорировала его, смотря в окно. Как ни странно, лёд тронулся, когда речь зашла о продуктах и выборе ужина.
Тележка в супермаркете заполнилась наполовину, а Мелани всё не унималась. Винсент по традиции исполнял роль водителя, только в этот раз тележки, а Мел бросала в неё всё, что считала нужным: от пачек круп и макарон до консервов и овощей.