Особенно запомнила всё Моник. И Обольстителей, и свадьбу, и Кассиана Вандербильта. Наверное, до сих пор думает, что моего парня уводит какая-то прости-Господи, однако ко мне Моник больше не суётся совсем.
Слухи обходят меня и Мел стороной, не затрагивая никоим образом. Более того, они словно затихли насовсем. После случая, когда мы запугали Моник своими связями, никаких сплетен в университете не наблюдалось. Ни одной. Причиной всех разногласий и ссор была именно рыжая кудрявая девчонка из нашей группы, именно Моник. Запуганная до смерти, она потухла, словно ей зашили рот.
Всегда ненавидела сплетниц. В них говорит зависть.
Кстати о зависти…
Шарлотта Кенсингтон и прощение.
Они были знакомы с самого детства. Как говорится, с пелёнок.
В три ходили в Литтл Роял, в одну группу, а в шесть — в одну школу, правда, в разные классы.
Папа обещал ей, что в будущем она станет его принцессой. Он и сам это говорил.
— Когда мы станем взрослыми и у меня появится колючая борода, я хочу быть твоим мужем.
— Я тоже!
Взрослые мужчины не сдерживают таких обещаний, что говорить о семилетнем мальчике.
После пятого класса он переехал вместе с отцом. Они не виделись больше десяти лет, но вдруг…
— Я Винсент Вандербильт, шестой. — С этой фразы их история началась вновь.
— Шарлотта Кенсингтон, двадцать первая.
В тот вечер она улыбалась, поправляла рыжие волосы до лопаток и смеялась. Очень много смеялась. Ловила каждую шутку из уст Винсента, лишь бы он продолжал говорить. А он как знал, наклонялся ближе, шептал тише.
Винсент не пай-мальчик, и язык у него острее лезвия, но в мире нет парня более желанного.
«Он твоя судьба!» — кричал разум. «Вы идеальная пара!» — уверяли знакомые.
Так и было. Целый год Винсент не предавал их названный союз. На деле никто никому обещаний не давал.
Они практически не виделись за пределами Велуров, исключительно на них и не более.
Даже светские вечера Шарлотта проводила в поиске Винсента, отвергая каждого парня, которого ей подсылали люди отца. Надеялась, что взглянет в бесформенную толпу, а оттуда вынырнет тот самый шестой. Сколько бы она ни сидела в одиночестве, к ней подходили только коллеги отца, их сыновья и не более.
Все хотят откусить от пирога кусочек побольше. И это нормально — злиться, если кусок достался не тебе. Довольствуйся крошками.
Кусок заполучила другая девушка. Она украла у Шарлотты её кровный кусок, её Винсента.
Технически он не принадлежал Шарлотте, но она ждала. Думала — пройдёт пару месяцев, и от него придёт заветное приглашение посетить вместе Велур, но нет. На её собственное торжество он пришёл с ней. С блондинкой семейства Бронте, которую Шарлотта знать не знала.
В интернете не было ни слова о Бронте. О семье, о бизнесе, о ней самой ни слова.
Хотелось раздавить букашку. Положить в контейнер и заполнить газом, чтобы жалкое насекомое задохнулось. Но Хлоя Бронте не насекомое, она человек, и с ней так просто не разобраться.
«Лотти, а что случилось у вас с Винсентом? Почему последний Велур прошёл без него?» — спрашивали подруги. А Шарлотте нечего было ответить, ведь Винсент исключён из списков.
Он посетил Велур с другой девушкой, а значит, решил жениться. Выбрал в жёны не её.
Шарлотта Кенсингтон была опозорена публично. Её почти-парень, Винсент Вандербильт, привёл на организованный ею Велур другую девушку. Его невеста даже не состоит в Золотом списке, и он этого не стесняется! Так почему застеснялся брать замуж её — наследницу Кенсингтон?
Отец пообещал всё исправить, и он сдержал слово. Договорился с Ридом Вандербильт, и Шарлотта официально стала невестой Винсента. Естественно, у него самого никто ничего не спрашивал, что стало ошибкой единственной и главной.
— Шарлотта, — отец вошёл в комнату без стука, его строгий тон заставил девушку выпрямиться, — Вандербильты отменяют помолвку.
— Что?! — Вскочила Шарлотта, лихорадочно поправляя волосы. — Что это значит, пап? Ты же договорился с ними!
Мужчина устало вздохнул. Его утомил долгий разговор с коллегой.
— Сын Рида отказывается жениться. — Прозвучало как приговор. Отчасти это он и был. — Говорит, явился в дом с девушкой и твердит о любви.
— Но он меня должен любить, пап! Я его девушка! Он был со мной на всех Велурах!