Старик вечно мне названивал, а я не поднимал трубку. Не собирался я выслушивать его претензии. Пусть живу в доме, который купил он, трачу его деньги, но если мне нужно отказаться от всех благ, чтобы он успокоился, я только за.
Мне хотелось, чтобы моя семья приняла ту, которая позволила мне стать собой. Семьёй я считал отца. Фиона ведь будет слушать его, как считает он — так считает она. Брак их основан на подчинении.
Отчасти Хлоя открыла мне глаза на собственного Старика — человека, который творил вещи ужасные. Я всю жизнь делал вид, что ничего такого нет. Не замечал происходящего вокруг зла или не хотел замечать.
Отец:
Винни, возьми трубку, это срочно.
Я сжал телефон в руке. Если пишет сообщение, значит, случилось серьёзное. Пришлось перезванивать.
— Алло, — равнодушно сказал я, когда гудки прекратились, — что хотел, отец? Сразу скажу, если это насчёт Хлои, то мне…
— Винни, ты помнишь маму? — Я опешил от вопроса отца, застыв с приоткрытым ртом.
— К чему это? Я помню, что ты рассказывал о ней.
— Твоя мама не сразу стала Леди Ноэльской, — голос его полон грусти. Он не любил вспоминать о своей первой и, возможно, единственной любви, — наша семья сковала ей статус, чтобы я смог жениться. Я тогда заявился на порог с ней… Был скандал, Винни. Такой, после которого я не смог родителям взглянуть в глаза.
Его рассказ напомнил мне недавние события. Наш обед, ссора родителей.
Я молчал, позволяя отцу говорить.
— Вчера звонил Кенсингтон, — резко переключился он. — Шарлотта передумала выходить замуж, ты ей больше не по нраву.
— Видать, не завидный я у тебя жених, — я усмехнулся, чтобы разрядить обстановку, но не получилось. Даже через телефон чувствовалось напряжение Старика.
— Если желаешь жениться, то женись, — голос в трубке звучал твёрдо, заставляя меня замереть.
— Отец, у тебя всё хорошо? Фиона подсыпала тебе что-то в чай?
Не мог он так просто передумать.
— Фиона мне напомнила… — Пауза.
— Маму? — В динамике послышался тяжёлый вздох, сопровождаемый шумом. — А что дальше было? После той ссоры.
— Сначала мне показалось, что нет выбора другого, кроме как всё прекратить. Я был молод и глуп, — объяснял отец. — Мама убедила меня поговорить с родителями, но они не приняли в семью безродную девушку. Я бродил по улицам, пришёл к ней. Она приняла меня так тепло, я влюбился в её доброе сердце.
Слишком похожи наши истории любви. Неужели есть в безродных девушках особый шарм, из-за которого мы и попадаемся на них? Похоже, именно так и есть. Чем-то же они нас цепляют.
— Отец не подозревал, что я так долго продержусь вдали от дома. Послал за мной людей, вернул к семье и согласился с моими условиями. Так появилась леди Ноэльская, твоя мать, — слышно, как тяжело ему давались слова. Я поджал губы. — Фиона напомнила мне, и я… Не хочу, чтобы мой единственный сын испытывал ко мне те же чувства, что и я к своему отцу.
Я сильно прикусил щёку изнутри.
— Спасибо, — холодно и спокойно, как только сумел, ответил я. — На неделе заглянем, проведаем тебя и Фиону.
— Не стоит, сын, я в пути. Возвращаюсь домой, — значит, едет обратно в Италию. — Задержался в Роялхелвене. Дела, дела… Даже не было времени, чтобы обдумать всё как следует.
— Передавай привет Фионе. И спасибо, что понял.
— Не обижайся на меня, Винни, — воздух словно выбили из лёгких, стоило услышать от отца тёплые слова. Последние дни мы только и делали, что ругались. — Ты мой сын, я тебя люблю и хотел тебе только лучшего.
— Для тебя важнее бизнес, а для меня на первом месте любовь, — с усмешкой добавил я, услышав в трубке тихий хохот. — Смешно тебе, пап? А я задницу надрывал, чтобы доказать тебе что-то!
— Прости, сын, прости, — старик кашляет. — Если свадьбу надумаете, то играйте в Италии. У меня тут связи, распишут вас… Да хоть на футбольном поле. Где захотите, там и распишут.
Я засмеялся.
— Спасибо, отец, но до брака нам ещё далеко. Нам бы сначала побыть друг для друга парнем и девушкой, а потом уже нырять в бытовуху.
— Какая бытовуха ещё? Не будет же твоя девочка тебе носки драить! — И то верно, Хлоя бы не стала, и я бы не позволил. — Успеете познать все радости взрослой жизни, детишки. И передай своей девочке приглашение на практику.
Моя улыбка расширилась.
Получить благословение отца означало, что наша борьба за право быть вместе завершилась победой. Мы выиграли.
Винсент:
Хло, я так сильно люблю тебя.
Хлоя:
Всё хорошо?
Хлоя:
В новостях вроде тихо.
Я рассмеялся в голос, перечитывая сообщение с разной интонацией.