— Я и горжусь. Только хотелось бы время от времени освежать в памяти твой светлый образ. Хотя бы по воскресеньям. Сыну тебя вообще скоро только на фотографиях показывать буду: это, Санька, Ганс Христиан Андерсен, а вот это наш папа, тоже великий сказочник, только сказку нам все время рассказывает одну и ту же. Под названием «В следующее воскресенье я буду дома».
— Ну-ну, не дуйся. В следующее воскресенье я действительно буду дома. Хочешь, свожу Саньку в зоопарк или еще куда? Или все вместе пойдем? В цирк, а?
— Свежо предание. — Женя хотела было гордо замолчать и закончить разговор, но не выдержала и обрадованно спросила: — А ты действительно в воскресенье будешь дома?
— Честное благородное слово.
Разумеется, в воскресенье с утра Андрей после очередного звонка куда-то умчался, сказав, что ненадолго. Пусть подождут его часика полтора-два, а потом они все вместе, как и собирались, пойдут в зоопарк. А потом — в «Макдональдс» есть биг-мак. Или в «Баскин Роббинс».
Когда Женя, не слишком доверявшая обещаниям мужа, уселась читать Саньке «Сказку о царе Салтане», позвонила Кира.
— Ужасно соскучилась по тебе и Саньке. Если сегодня забегу, вы как?
— Ты же знаешь, я всегда рада. Мы собирались сегодня кутить, но…
— Понятно, Андрей опять сбежал.
— Обещал через два часа вернуться.
— Ну, значит, в лучшем случае к обеду. Тогда я сейчас забегу, о'кей?
— О'кей.
Санька так бурно кинулся приветствовать тетку, что чуть не сбил Киру с ног. Женя на фоне своего жизнерадостного сына выглядела уныло и бледно. С легким осуждением посмотрела на пакеты, принесенные сестрой.
— Опять дорогие подарки? Ты его мне совсем разбалуешь.
— Ой, мам, смотри! Новая модель «феррари»!
— Санька, у тебя уже столько машин, что порой мне кажется, будто я сплю в гараже! Кофе будешь? — спросила она Киру.
— Не откажусь.
Пока Санька занимался новыми подаренными машинками, у сестер появилась возможность поговорить спокойно.
— Ты знаешь, я все понимаю — работа, деньги, семью содержать надо… Вроде бы все, что он делает — для меня и для Саньки. И он действительно очень талантлив, все у него получается. Даже как-то слишком хорошо.
— Женька, не буди лихо, пока оно тихо. Что тебя гложет? Дома Андрей редко бывает?
— И это тоже.
— А в первую очередь?
— Ну… — Женя замолчала и потянулась за сигаретой.
— Что-то ты много курить стала, — неодобрительно заметила Кира.
— Да ладно, не так уж и много. Несколько минут они сидели молча. Женя курила, а Кира не хотела выспрашивать: захочет Женька продолжить эту тему, сама все расскажет. В конце концов, это ее личная жизнь, и даже родной сестре незачем вмешиваться.
— Понимаешь, я больше не чувствую себя женщиной. Кем угодно — кухаркой, прачкой, Санькиной мамой, слушателем, а чаще всего привычным и удобным предметом домашнего обихода. Но не женщиной! Иногда смотрю на себя в зеркало: страшно становится, такая тусклая особа.
— Да ну? А по-моему, ты лучше, чем была раньше. Все хорошеешь и хорошеешь.
— Перестань! Ты-то не можешь не замечать.
Кира действительно кое-что замечала. Женщина бывает особенно хороша в периоды «охоты», даже у самых некрасивых в глазах появляется какая-то чертовщинка, некий блеск, на который мужчины слетаются, как бабочки на свет лампы. Так вот Женя, по Кириным наблюдениям, давно уже в такое состояние не впадала. Вот это и беспокоило. Внешне она действительно была красивее, чем до замужества. Талия стала тоньше, бедра чуть полнее, исчезла девичья угловатость. Но блеска в глазах, той самой чертовщинки, не было.
— Женька, — осторожно начала Кира, — ты извини за бестактность, но, может быть… Как у вас с сексом?
— А никак!
— То есть?
— То есть все в порядке. Два раза в неделю. Перед сном, как и рекомендовано.
— Кем рекомендовано?
— Врачами-сексологами, которые пишут учебники в помощь молодым супругам. Судя по этим книжкам, у нас нет никаких отклонений от нормы. Правда, они еще рекомендуют утренний секс, но это не для нас, утром нам некогда, да и Санька рано просыпается.
— Как-то странно ты говоришь об этом…
— Да нет, правда все нормально! Знаешь, я думаю, все дело в том, что я не работаю. Стала какой-то домашней клушей, кухня да ребенок. Все мое общество — молодые мамаши во дворе!
— Да, — улыбнулась Кира, — не самая интересная компания.
— Вот-вот! Пока наши отпрыски роются в песочнице, мы перемываем кости мужьям и свекровям, прямо как бабки на деревенской завалинке. Надоело!