— Созваниваемся по мере надобности. Встречаемся, если ничего экстренного не случится, через неделю.
В метро Андрей попытался сосредоточиться на предстоящем деле. Значит, ему достался последний период жизни объекта. Собственно, свой звездный час Проценко пережил в 91-м году, когда началась инфляция, останавливались предприятия и тому подобное. Тогда с ресурсами было совсем плохо, нефте- и угледержатели требовали оплаты, доходило до того, что во многих городах ТЭЦ останавливались, не на чем работать было. Он тогда еще не был первым помощником министра. Вообще у него была какая-то смешная должность, что-то вроде Доверенного лица при Первом лице. Но, однако, мало кто знал, что именно Проценко сумел как-то договориться с нефтедобытчиками и еще черт знает с кем, и острый кризис не случился только благодаря ему. Вообще-то по сравнению с тем его положением должность первого помощника — несколько ступенек вниз, а не вверх. Формальное повышение в должности не всегда соответствует реальному. Неудивительно, что он теперь так стремится в Думу. Человек привык заниматься глобалкой, министерство для него мелковато. А он к тому же даже не министр! Андрей поймал себя на том, что уже сочувствует Проценко; да, своего героя надо понимать, если уж не любить.
Итак, попробуем поговорить с теми, кто окружал Проценко в период наивысшего пока взлета его карьеры. Кто там у нас по списку? Но блокнот доставать Андрей не стал.
— Вы выходите? — темноглазая девушка пыталась пробраться к выходу.
— Нет, проходите, пожалуйста. — Андрей посторонился и внезапно подумал, что эта девушка чем-то похожа на Нелли. Странная какая-то эта Нелли! Вроде вся на виду — и в то же время есть в ней нечто загадочное, что не поддается ни пониманию, ни объяснению. Надо поинтересоваться у Мити, наверняка она восточных кровей. Только вот что она нашла в Мешковиче? Алеша инфантильный маменькин сынок, пишет все больше о попсовых тусовках и о масскультуре. Такая женщина не для него, и правильно, что она от него ушла. Андрей почему-то не сомневался, что именно Нелли ушла от Алеши, а не наоборот.
Странно, что в ней так притягивает? Она, конечно, красива, но совершенно не в его вкусе: плечи широковаты, бедра узкие, груди почти нет, ноги… Вот ноги действительно хороши! И она об этом знает, все время ходит в мини. И глаза… Боже мой, какие глаза, прозрачно-зеленые, как у русалки. «Спокойно, старина, — одернул сам себя Андрей. — Что-то ты больно размечтался! У тебя у самого красавица жена, сто очков вперед любой Нелли даст! И сын великолепный. Остановись!» Усилием воли он заставил себя снова переключиться на Проценко.
8
Женя гладила Санькины свежевыстиранные летние шмотки, пришло время отправлять его с мамой на дачу. Она сама обычно проводила большую часть лета там, но на этот раз, к великой радости Ларисы Васильевны, Санька отдавался в полное ее распоряжение как минимум на две недели.
— Думаешь, я смогу? Я уже сто лет по-английски не говорила!
— Не говорила, заговоришь! — Ира сидела на диване напротив и подшивала Санькины джинсы. — Ты же прекрасно знаешь язык, лучше нас всех!
— Знала когда-то.
— Это никуда не девается!
— Еще как девается, без практики-то!
— Тебе же не синхронить придется! Обычный перевод обычных разговоров. Еще и фильмы хорошие посмотришь! Скажи честно, когда ты последний раз в кино была?
— У нас видео.
— Это не то. Тебе предлагают шикарно провести две недели, еще и денег за это дадут!
Ира пришла сегодня с потрясающей новостью: послезавтра в Москве начинаются дни нового английского кино, прилетает большая делегация с пятью фильмами, и требуется личный переводчик. Неделя в Москве, неделя в Петербурге. Организация этого классного мероприятия шла через Ирину маму, и, разумеется, когда речь зашла о переводчике, Ира сразу вспомнила Женю.
— С кем хоть мне придется иметь дело?
— Не беспокойся, главных бонз будет обслуживать другой. Тебе достанется среднее звено, актеры и актрисы.
— Ничего себе среднее!
— Так ведь это не звезды, а начинающие!
— Молодые?
— Необязательно. У этого режиссера, который приезжает — забыла фамилию! — ставка на малооплачиваемых. Выпендривается, доказывает, что и малыми средствами можно создать шедевр.
— И получается?
— Что, шедевры? Как ни странно, иногда да. Два года назад в Каннах он получил какой-то приз. Не главный, но получил.
— Ты сама у него что-нибудь видела?
— Ага… «Сердце стези». Сплошной сюр. Но тебя это не должно волновать, тебя же никто не просит оценить его фильмы.