Выбрать главу

В нем находится все, что нужно для сырников. Под песню You can leave your hat on, я начинаю замешивать тесто, качая бедрами в таки музыке. Танцуя по кухне, подпеваю Джо Кокеру, оборачиваюсь и вздрагиваю от испуга. Игорь сидит на одном из барных стульев, оперев подбородок на руки, и с любопытством разглядывает мое изгибающееся под звуки музыки тело. Его причудливая «лохматость» и небритая щетина, которая скоро превратится в бороду, очень ему к лицу.

–Привет, красавчик!

–Доброе утро, красавица! Я вижу ты бодрая с утра.

–Да, я не плохо провела ночь. Ты голодный? –спрашиваю, переворачивая подрумянившуюся творожную массу на другую сторону.

–Очень. –отвечает Игорь и пронизывающе смотрит на меня.

Я не уверена, что он говорит о еде. Он достает из-под столешницы какой-то журнал.

–Я пеку сырники. –говорю я для сведения, бросая беглый взгляд на глянцевое издание. –Не думала, что ты читаешь женские сплетни.

–А я и не читаю. Это для тебя. –не понимаю, о чем он.

Игорь разворачивает глянец, обложкой ко мне. Я приоткрываю рот и машу на себя как будто съела острый перец. На обложке я узнаю себя. Тянусь к нему через барную стойку и обнимаю. С интересом рассматриваю обложку, чуть не забывая про шкварчащие сырники на сковородке.

–Эй, женщина! Не оставь меня без завтрака. –насмешливо строго произносит он.

Откладываю саму себя в сторону, и возвращаюсь вниманием к готовке. Игорь обходит кухонный остров, целует меня в висок и варит кофе, а я тем временем заканчиваю с нашим завтраком. Раскладываю еду на тарелки, и украшаю половинками клубники, а Игорь достает из холодильника ягодный сироп.

–Это очень вкусно. Почти так же, как ты. –говорит он хрипловатым голосом, поливая сиропом сырники себе и мне, а затем слизывает с горлышка скатившуюся каплю.

Я слежу за движением его языка и губ. У меня перехватывает дыхание, я сглатываю. Он ждет пока я займу место рядом с ним, и отодвигает мне стул. Желаю ему приятного аппетита, и мы уминаем содержимое тарелок. Оказывается, я жутко проголодалась.

–Очень вкусно. Ты прекрасно готовишь, значит я не ошибся с выбором жены. –он хитро улыбается.

–Получается, тебе нужна кухарка, а не жена? –картинно изумляюсь.

–Дай подумать…

–Что? –широко распахиваю глаза. –Ах вот как. Ну держись. –замахиваюсь на него обеими руками.

Он уворачивается от моего нападения, и вскоре поднимает белый флаг, признавая свое поражение. Он ловит мои руки, и целует меня по-настоящему, в губы, первый раз за все утро.

–Я подумал. Мне нужна жена. Но ведь в твои обязанности будет входить кормить меня.

–Я с удовольствием буду готовить для тебя, и выполнять другие обязательства.

В его глазах просыпается ночь. Размышляю над его словами, чтобы кормить его, и собираюсь сделать это прямо сейчас. На моей тарелке еще остался один сырник, и кусочек за кусочком он исчезает у него во рту. Мои пальцы испачкались в сиропе, и Игорь находит способ, как сделать их чистыми без помощи воды. Он облизывает по очереди каждый мой палец, зарождая внутри меня дикое вожделение. Наблюдаю за его телодвижениями, и снова инстинктивно сглатываю. Он заканчивает мини-шоу, и мы вместе убираем со стола.

–У меня для тебе сюрприз. –он загадочно улыбается, облокачиваясь на деревянную столешницу.

Я с любопытством смотрю на него, устраиваясь напротив в такой же позе. Он убегает в спальню, и возвращается с конвертом в руках.

–Открой. –просит он и протягивает мне обычный белый конверт, без каких-либо опознавательных знаков.

Подозрительно смотрю на него, и с излишней настороженностью, бережно заглядываю внутрь. Там лежат какие-то бумажки. Игорь заламывает руки, ожидая моей реакции. Вот это да! Подношу руку ко рту и усмехаюсь. В конверте два билета до Лас-Вегас бизнес-классом. Не могу в это поверить. Я полечу за границу. Подпрыгиваю на месте, и хлопаю в ладоши, как ребенок. Отрываю голову от заветных бумажек, Игорь улыбается мне своей самой-обаятельной-и-привлекательной-улыбкой. Он – мой номер один, мой жених, мой муж, мой чародей, исполняющий желания. Подлетаю к нему и смачно целую в губы, забираясь пальцами в его растрепанные волосы. Он держит меня за талию и наклоняет почти до самого пола.