Когда Энгус схватил Доминику за запястье левой руки и принялся ею трясти, Тайлер понял две важные вещи. На безымянном пальце Доминики было точно такое же кольцо, что выпало из её шкатулки, только меньшего размера. Раньше кисти женщины удачно скрывали обязательные перчатки, и рассмотреть тонкие хрупкие пальцы не представлялось возможным. Это первое. А второе: Доминика уже явно теряла всякое терпение и готова была выйти за все рамки приличий, съездив брату про физиономии, если судить по тому, как правая кисть сжалась в кулак. В том, что эта женщина так может, Тайлер уже не сомневался.
— Хватит, — в итоге не выдержал Рэй, когда очередной водитель едва не выехал им в кузов и высказывался по этому поводу. — Солнце скоро сядет. Или я сам сейчас поведу, а вы продолжайте ругаться.
— С тобой я тоже хочу поговорить! — развернулся к нему Энгус, выпуская руку сестры.
— Потом, — устало бросил Рэй.
На этот раз Энгус послушался, и паромобиль поехал вперед, постепенно набирая скорость.
— Почему вы не сказали? — с нотками обиды в голосе спросил через какое-то время Энгус.
— И ты никому не скажешь, — не глядя на него, велел Рэй. — Это наше дело.
— Нет, не только ваше. И если она в таком виде появится дома, вопросов вы не избежите.
— До дома ещё надо добраться. Сейчас меня больше волнует, как нам напроситься на ночлег. До Динри мы уже не доедем. За тем холмом должна быть деревня. Домов сорок, но попытаемся…
Деревня появилась сразу же за полем, полным замёрзших подвявших ромашек. Дома привычно для Ханша выстроились вдоль дороги, но Энгус с неё свернул, направив паромобиль к большому длинному дому, рядом с которым ходило множество людей. Все они что-то туда носили, переговаривались, жестикулируя, готовили место для двух высоких костров. У самого входа стоял пожилой мужчина серьезного вида и о чём-то спорил с высоким парнем в кожаном фартуке. К мужчине сзади подошёл мальчишка лет десяти, подёргал за рукав, привлекая внимание, но вместо этого получил подзатыльник и указание идти в ближайший жилой дом. Мальчик воспротивился, тогда мужчина развернул его и пинком под зад задал ускорения в нужном направлении. И только потом перевел взгляд на почти остановившийся паромобиль.
Энгус заглушил мотор, открыл дверь и вышел, и тут же все жители деревни отложили свои дела, настороженно глядя на гостей. Тайлеру очень не понравились эти взгляды, но он последовал за Рэем на улицу, а после помог выбраться Доминике. Энгус меж тем сделал с десяток шагов, показывая открытые ладони и начал говорить. Снова на местном языке, но через пару предложений Тайлер услышал их имена и слово «Даринширн». Его слушали внимательно, взглядами ощупывая гостей. Со стороны жилых домов начали приближаться новые люди.
Когда Энгус замолчал, пожилой мужчина, похоже, что деревенский староста, резко что-то ответил, мотнув головой — прогонял? Местные тут же подобрались, Рэй тоже, что напрягло Тайлера. Неужели в этот день в Ханше и в правду могут не пустить на постой и даже навредить? Но это же какая-то несуразица…
Энгус снова что-то сказал, и это явно возымело эффект. Жители сгрудились, совещаясь, а потом один из мужчин размахнулся и бросил вперёд нож, кажется, из железа, который воткнулся в землю в паре ярдов от ног Энгуса. Доминика рядом судорожно вздохнула, а её брат спокойно поднял нож, приложил к ладони и сжал её в кулак. А когда раскрыл, лезвие ножа оставило тонкий и, хорошо бы, неглубокий порез, но крови было достаточно…
Деревенский староста одобрительно кивнул и мотнул головой Энгусу за спину, указывая на его спутников. Рэй сам потянулся за ножом, так же спокойно порезал руку, показал ладонь. Доминика уже протягивала свою кисть. Рэй собирался ограничиться её мизинцем, но женщина решительно тряхнула ладонью и закусила губу, когда лезвие вспороло тонкую кожу.
— Тайлер, дай руку, — попросил Рэй и добавил, видя выражение лица партнёра, — так надо.
— Что это за бесовщина? Денег за постой им уже мало, надо платить кровью?
— Им надо знать, что у нас есть своя кровь и чужая нам без надобности, — пояснила Доминика, но это не объяснило ровным счётом ничего. — Не трать время, они решат, что ты увиливаешь.
Ничего не понимая, но боясь подвести спутников, Тайлер протянул руку, которую Рэй тут же порезал и предъявил деревенским. Удивительно, но отношение местных сразу же поменялось, люди улыбались гостям, вернулись к прерванным занятиям, один из костров сразу загорелся, что вызвало бурю восторгов. И тогда же Тайлер заметил, что между собой они вполне понятно изъясняются на камрийском, хоть и с диким акцентом. Похоже, прав был Рэй, когда сказал, что на юге Ханша в равной степени говорят на двух языках.