— Советую попробовать кофе с красным перцем. Интересный вкус, — даже не посмотрев в папку, произнес Рэй. — И, да, отвечая на твой невысказанный вопрос, я часто тут бываю. Тут удобно назначать встречи. И проворачивать сделки. Никто не подумает на это заведение. Слишком оно… незначительное и благонравное.
Тайлер решил последовать совету напарника и заказал кофе с красным перцем. Рэй добавил к заказу простой черный кофе и какую-то особую выпечку. Несмотря на потерю колоний в последние десятилетия, цены на кофе и иные привозные товары не сильно возросли, а на что-то даже, наоборот, упали из-за конкуренции. Население колоний не прервало торговое сообщение, понимая, что жить им на что-то тоже надо, потому как без патронажа монополии сырьевым придаткам, особенно в первые годы независимости, пришлось туго.
Сам Тайлер не был в колониях, он даже столицу не покидал ни разу, что уж говорить об их островном государстве. В детстве он ещё мечтал вырваться из пыльного, закопченного города, но потом смирился.
В ожидании заказа Тайлер внимательно осмотрелся, но ничего и никого примечательного не заметил. За столиками сидели такие же с виду приличные мужчины, молодая семейная пара, один усатый пожилой военный… Все они пили кофе, лакомились булочками, беседовали, читали газеты… Рэй тоже развернул купленный на углу утренний выпуск, но Тайлер решительно опустил его на стол и спросил:
— Объяснишь уже, наконец, что вчера был за шифр? Кто такая Мика Карнуэл?
— Никаких шифров. Мика — моя старая знакомая. Я назначил ей встречу, только и всего.
— После представления Бариа? Кто такая Мика? Швея при Бариа? Ты как-то узнал её работу? Или она как-то связана с тем импресарио?
— Ты ужасно нетерпелив. Как она появится, всё будет объяснено.
— А если она не придет? Мне тогда умереть от любопытства?
— Придет. В столице у неё больше нет друзей. Она не может не ответить на мое приглашение.
— А ты, выходит, её друг?
— И да, и нет. Я больше чем друг, но я не друг ей.
— Ничего не понимаю!
— А пока и не нужно. Давай лучше вернёмся к насущной теме…
Официант принес заказ, и они принялись обсуждать их дело. Дискуссия сводилась к высказыванию Тайлером всех возможных, даже бредовых идей и оценкой оных Рэем. Какие-то они отмели сразу, некоторые напарник велел запомнить. Он принципиально ничего не записывал, сказав как-то, что даже несчастный клочок бумаги может навести на подозрения. А в их работе это опасно.
Ближе к одиннадцати часам Рэй попросил официанта проводить даму, которая скоро явится, к их столику и повторить заказ.
Тайлер ёрзал в нетерпении, Рэй спокойно читал газету, сидя к входной двери спиной.
Наконец, в одиннадцать часов дверь открылась под перезвон колокольчиков, и в кофейню действительно вошла женщина. В простого покроя платье из черного бомбазина, с короткой сетчатой вуалью на черной шляпке.
Тайлер поспешно отвёл глаза, молясь, чтоб эта дама пришла не к ним, и уже после усомнился: что вообще могла делать женщина в трауре утром в кофейне? Без сопровождения? Гагатовый браслет и скромное ожерелье указывали на то, что полный период траура уже прошел, но всё равно…
Официант повёл даму к их столику и учтиво отодвинул для неё стул. От меню гостья отказалась, приятным голосом попросив какао.
Тайлер очень старался не пялиться на неё, но это граничило с невозможностью. Леди в трауре была невысокой и стройной, если судить по несильно затянутому корсету. Она сидела прямо, сложив на коленях руки в черных перчатках и сумочку. И внимательно смотрела на пригласивших её мужчин.
— Не думал, что ты вернёшься в Камру, — опустив газету на стол, отметил Рэй.
— Не думала, что тебе хватит смелости назначить мне встречу, — холодно произнесла женщина и попыталась встать, но Рэй протянул к ней руку, жестом прося остаться или не так уж и прося? — В чём я опять провинилась перед Богом, что он снова свёл нас с тобой?
— Не считаешь, что это совпадение? Я увидел тебя совершенно случайно.
— Не лги. Мне. Это бесполезно. Мне безразлично, как ты на меня вышел, хотя вариантов не так много. Вопрос в другом. Что могло тебе от меня понадобиться? И кто этот молодой человек?
Тайлер тут же опустил глаза и смутился, сообразив, что все это время разглядывал даму совершенно бесстыдным образом. Его извинял тот факт, что женщина была весьма привлекательна, и не будь она в трауре, всё мужское внимание в этой кофейне принадлежало бы ей. Незнакомка была красива: тонкие черты лица, нежная кожа, большие оленьи голубые глаза, платиновые волосы, убранные в тугую прическу, как и положено. Тайлер не назвал бы с ходу её возраст, но их собеседнице вряд ли было больше двадцати с небольшим лет. При этом он чувствовал себя рядом с ней истинным мальчишкой.