Доминика не рвалась пройти в зал, держа себя в руках, хотя глаза у неё и горели. Тайлеру тоже было интересно, в «Красном веере» он ни разу ещё не был. И, едва золотистые кисточки бахромы мазнули его по макушке, оказался доволен увиденным. Полутемный красный зал, паркет, бархатные диваны, столики на тонких ножках, портьеры, настенные светильники и освещённая высокая сцена в противоположном углу с огромным зеркалом. Представление уже давно началось, и пока официант провожал новоприбывших к нужному столику, Тайлер успел понять суть номера: юная аристократка, изнывая от летней жары в парке, нашла обронённую предметом своей любви трость. Конферансье остроумно комментировал, как влюбленная дева перенесла свой нерастраченный пыл на продолговатый предмет с круглой рукоятью. Надо сказать, изобретательности артистки стоило позавидовать, а вот любая приличная женщина должна была бы упасть в обморок при виде тех телодвижений. Но из зла доносились лишь смех и одобрительные замечания, в чувства никого не приводили.
Господин Мирсоу сидел на диване с высокой спинкой, приставленном к стене. Выгодное место: надо очень постараться, чтоб заглянуть сюда, а сцену видно отлично. И оркестр расположен так, что музыка не будет мешать разговору. Мирсоу был не один. Напротив него на стуле с подлокотниками сидел мужчина, внешне полностью противоположный промышленнику: высокий и худой как жердь, в то время как сам Мирсоу не отличался внушительным ростом и имел объемный живот. У неизвестного над верхней губой красовались аккуратные усы, Мирсоу был гладко выбрит. Единственное, в чём они были схожи — это в одежде: отутюженные черные смокинги и белоснежные рубашки. Рядом с Мирсоу на диване, грациозно закинув ногу на ногу, восседала женщина, судя по её наряду, артистка бурлеска: корсет с бантиками, надетый на голое тело был туго затянут, юбка с неприлично длинным разрезом спереди не скрывала кружевных подвязок чулок на стройных ногах. Сложив руки в высоких полупрозрачных перчатках на столе, девица с безразличием смотрела на сцену. Заметив пришедшую троицу, Мирсоу жестом отпустил официанта, который услужливо кивнул и испарился. После этого промышленник легко подтолкнул сидящую рядом девицу, та, не обратив внимания на гостей, грациозно поднялась и, покачивая бедрами, зацокала каблуками в сторону сцены.
— Прошу, господа, присаживайтесь, — коротким жестом пригласил всех к столику Мирсоу, — приятно видеть вас этим вечером.
Прежде, чем все заняли свои места, появился официант с большим подносом, на котором гордо возвышалась бутылка вина в обрамлении сырной тарелки, вазы с фруктами и бокалов.
— Мой секретарь, господин Никит, — указав на незнакомого мужчину, представил его Мирсоу, — моё самое доверенное лицо. Он в курсе всех моих дел.
Секретарь учтиво кивнул, но интереса к общению не показал, дымя сигарой и смотря на сцену.
— Я восхищён, мадам, — без разрешения взяв ладонь Доминики в свою руку, Мирсоу поцеловал её и сразу отпустил. — Догадываться о вашей красоте и наблюдать её воочию, вещи разные. У вас много имён, как мне вас называть?
— Тут я Доминика Клири, господин Мирсоу, — спокойно ответила она. — Мне тоже приятно познакомиться с вами. Не думала, что вы пожелаете встретиться со мной лично.
— Такой шанс выпадает нечасто. Я не успел попасть на ваше представление, о чём, несомненно, очень жалею. Но я наслышан. И, повторюсь, восхищен. Вы удивительно смелая женщина. И не только из-за ваших выступлений, нет. Решиться помочь в краже документов, решиться прийти в пусть и самое дорогое, но кабаре…
— Во всем этом у меня был и есть свой интерес.
— О, да, я достаточно проницателен, чтоб догадаться, какой именно. Но не будем вдаваться в подробности. Замечу лишь, что тут есть чему завидовать, — бросив взгляд на Рэя, улыбнулся промышленник и продолжил, — в любом случае, я в долгу перед вами и в любой момент готов исполнить ваше желание. Любое, что в моих силах.
— У меня нет желания, которое я не смогла бы воплотить в жизнь сама, — смело посмотрев в глаза Мирсоу, улыбнулась Доминика.
— Мое предложение бессрочно. Просто помните это. А теперь, прошу в деталях рассказать о том, что вы узнали в Кашироне.
Рэй выпрямился на стуле, сцепил руки в замок и положил на стол:
— До Каширона мы добрались без проблем, информацию о лаборатории получили легко. Сама лаборатория устроена на развалинах замка. Жители города и окрестных деревень его избегают, место удачное. Видимые временами последствия опытов списывают на суеверия. Но это не просто лаборатория, территория хорошо охраняется. Вооруженные люди, как минимум, с десяток, и собаки, не меньше шести штук. Сколько единиц оружия на территории определить не удалось. По словам местных, лаборатория появилась около пяти лет назад, четыре года назад туда начали нанимать рабочих. Мы решили, что вдвоем нам не пробраться незамеченными и не стали рисковать.