В маленькой кофейне суета. У тротуара машина скорой, прохожие удивленно заглядывают в открытую дверь и низкие окна, самые любопытные проходят внутрь, неловко останавливаются у пустой стойки. За ближайшим к ней столиком хрупкая девушка с копной коротких, почти белых волос – как пенка на кофейной чашке – чуть всхлипывает, с надеждой смотрит на парня, сидящего напротив.
– Я же только подала ей воды! Она смотрела на меня, что-то хотела спросить, и тут вдруг закашлялась, да так сильно. Я и протянула ей бутылку.
– Ну раз просто вода, значит все о`кей, – успокаивает он. – А она что?
– А у нее глаза стали большие, испуганные. Хотя… может чуть раньше, как меня увидела, как закашлялась. А потом за голову схватилась и все. Капец. Может шизофреничка?
– Да ладно, шизы другие, но тут тоже клиника, так что не переживай. Так она прям вообще ничего не помнит?
– Ничего.
– Все, забей. Вообще, стремное место: даже меню нет.
– Не скажи: тут уютно. А меню зачем? Все можно держать в голове. Вон у них за стойкой сколько баночек. А тот парень – видишь, за столиком у самой стены? Он вообще сказал, что тут часто бывает. Говорит, она варила кофе индивидуально, под человека. Он выпивал, и все у него складывалось.
– Что складывалось?
– Все. Не смейся, это не я сказала, он. Хотя я тоже пока не поняла, но так интересно, надо присмотреться тут.
– Ну присмотрись, присмотрись. Ты же вроде кофе не любишь?
– Я? Ты это точно обо мне? Да я без него жить не могу.
– Ха-ха. Дай мне свою шоколадку, а то крутишь ее, вертишь и не ешь, – парень быстро наклоняется, хватает ртом плоский квадратик из руки подруги. Она удивленно смотрит на него и смеется от неожиданности.
Он тоже удивлен. Нет, не ее вдруг грудному, теплому смеху, которого раньше никогда не слышал, а запаху кофе, корицы, меда… так пахнут ее пальцы, и легкий аромат свежемолотых зерен витает над ней, невидимой дымкой окутывает столики, манит, манит едва уловимым послевкусием.
Конец