Как только устраиваюсь за столом с кружкой ромашкового чая и тарелкой чизкейка, по кафелю шлепают лапы, и в комнату входит Купер.
Я даже не могу спокойно поесть, когда он рядом.
— Брат, скоро ты станешь больше, чем «Титаник», – говорю я ему, когда он подходит к столу и садится рядом с моим стулом, лицом ко мне.
Купер не будет заставлять меня снова его кормить. Он уже поужинал.
Я отправляю в рот кусочек чизкейка и слышу громкий вздох. Кто-то определенно пытается привлечь мое внимание. Не получится, Куп. С моими ста двадцатью двумя фунтами против его девяноста девяти, он скоро будет выгуливать меня, а не наоборот. И я ненавижу, когда не контролирую.
Еще один громкий выдох вырывается из пасти моего пса, и он опускает голову мне на колени, пока я откусываю еще один кусочек чизкейка. Застонав, смотрю на него.
— Что?
Купер, дай мне передохнуть.
Эта собака меня доконает. Я глажу его по голове и медленно встаю.
Подхожу к шкафу, достаю несколько тыквенных печенек и предлагаю ему.
Он проглатывает их в мгновение ока и наклоняет голову, как бы спрашивая меня: Что еще?
Возвращаюсь на свое место и доедаю чизкейк, не обращая внимания на то, что Куп смотрит на меня. Я делаю это для его же блага. Он должен быть благодарен.
Закончив загружать посудомоечную машину, возвращаюсь в гостиную вместе с Купером. Он пробирается к своей собачьей кровати, где продолжает грызть кость.
Наверное, мне стоит что-нибудь посмотреть, но мое настроение совсем не соответствует действительности. Обдумывая свои дальнейшие действия, я смотрю в потолок.
Достаю телефон, разблокирую его и быстро набираю номер Невеи. Велика вероятность, что она уже где-то в клубе, ведь уже девять, но я все равно хочу попробовать. Мне нужна компания.
— Привет, Нев, – говорю я, как только она отвечает. — Как дела? Что ты делаешь сегодня вечером?
— Привет, милая, – сладко пробормотала она. — Практически ничего. У меня месячные, так что я планирую посмотреть что-нибудь и понежиться в постели.
— Ты хочешь заниматься со мной практически ничем? – спрашиваю я, и она искренне смеется.
— Звучит неплохо. Буду там через тридцать. Тебе лучше что-нибудь выпить.
— Еще бы.
— До скорого, Энджи, – говорит она и вешает трубку.
Позже я сижу на диване с бутылкой розе, двумя бокалами и сырной тарелкой с оливками на столе. Надеюсь, нам этого будет достаточно.
Схватив со стола телефон, решаю проверить время и вижу непрочитанное сообщение. Я совсем забыла о нем. Как только читаю его, гнев заполняет каждую косточку моего тела. Этот ублюдок понятия не имеет, когда нужно остановиться.
Неизвестный номер:
Как поживает моя Снежная королева? Есть шанс, что твое сердце снова потеплеет ко мне? Я скучаю по тебе, Ева.
По коже пробегают мурашки, и я сжимаюсь. Ашер заставляет меня ненавидеть свое имя. Каждый раз, когда он проходит через очередную фазу, приползает обратно. Умоляет меня о внимании, просит пойти с ним на свидание...или просто трахнуть его там, где я захочу. Я не хочу ничего из этого.
Третье расставание с ним оставило вмятину в моей уверенности и уродливые следы его зависимости на моем теле. Я хочу, чтобы он оставил меня в покое, но, к сожалению, он, похоже, этого не понимает. По какой-то причине он считает, что у меня все еще есть чувства к нему...как будто я люблю его, потому что одинока. Бредовый ублюдок. Он – мое прошлое, и я ничуть не жалею, что оставила его. Ашер нуждается в проверке реальности.
Я блокирую еще один его номер и бросаю телефон на стол.
Раздается звонок в дверь, и я толкаю себя с дивана в прихожую. Открываю дверь и вижу Невею.
Она одета в мешковатую черную толстовку и черные треники; ее клубничные светлые волосы собраны в два симпатичных пучка на макушке.
Отхожу в сторону, и она заходит в мой дом, по пути громко чмокнув меня в щеку.
Бутылка Moët — первое, что я вижу, когда закрываю дверь и поворачиваюсь.
Невея ухмыляется от уха до уха, держа бутылку перед собой.
— Напьешься со мной сегодня? Пожалуйста?
— Как будто ты должна спрашивать, – отвечаю я, и она визжит, подпрыгивая в воздух, как ребенок.
Покачав головой, следую за Невой в гостиную.
Теперь я более чем уверена, что эта ночь будет потрясающей. Как и всегда, когда она рядом.
ГЛАВА ВТОРАЯ
ЕВАНГЕЛИНА
Проснувшись, я открываю глаза и тут же закрываю их снова.
Лежу неподвижно, не шевелясь.
Если Купер увидит, что я зашевелилась, он сядет прямо у кровати и будет смотреть на меня, пока я не встану и не выведу его на прогулку.
А я к этому не готова.
Особенно после того, как мы с Нев легли спать около четырех утра.
— Ты пытаешься притвориться, что все еще спишь из-за Купера?
Громкий шепот раздается у меня над ухом, и я открываю глаза, встречаясь взглядом с голубыми глазами моей лучшей подруги. Она лежит на правом боку, лицом ко мне. Ее руки спрятаны под подушкой.
— Вроде того, – шепчу я в ответ. — Который час?
— Десять утра, – говорит она, борясь с улыбкой. — Мы с Купом вернулись с прогулки пятнадцать минут назад. Он, наверное, на кухне.
— Что? – Я сажусь и смотрю на Нев. — Почему ты...?
— Я проснулась из-за судорог час назад, пошла в гостиную, а он пошел за мной. И я просто не могла смириться с тем, что твой пес смотрит на меня своими большими щенячьими глазами, – Невея вздохнула и перевернулась на спину, прижав ладонь к нижней части живота и поморщившись. — Я не думала, что твой доберман сможет изобразить «Кот в сапогах». Он всегда такой?
— Да. Ты просто не обращала внимания.
Нев ухмыляется и медленно садится, поднимая руки вверх, потягиваясь.
— Твоя собака мне нравится, и это настораживает. Я люблю кошек.
— Почему ты не можешь любить и тех и других? – Я смеюсь, отбрасывая одеяло в сторону, вставая с кровати. — Я одинаково люблю и кошек, и собак.
— И все же у тебя есть только собака, – комментирует она, тоже поднимаясь с кровати. — Почему твой брат не подарил тебе котенка? Почему только собака?