Стук в стекло разрушает чары, в которых я нахожусь. Я едва замечаю, что происходит вокруг меня; ощущение переполняет и поражает.
Улыбаюсь, глядя на сестру, которая сидит рядом с моей подругой с моей племянницей на коленях. Мои мысли витают где-то в другом месте. Я машу им рукой, перевожу взгляд и подмигиваю Майклу, который стоит перед Авой.
Все мои движения роботизированы, потому что из-за бури в груди мне трудно дышать. В глубине души мне кажется, что я уже давно это знаю.
Просто не был готов признать это.
Развернувшись, скольжу прочь от трибун, и на моем лице появляется однобокая ухмылка, когда я добираюсь до своей позиции. Осталось всего две минуты, и мы будем праздновать нашу первую победу в сезоне. У меня есть много причин праздновать, и любовь к моей девушке – определенно одна из них.
— Это была отличная игра... хотя мы и проиграли. – Говорит Клэй, обнимая меня и хлопает по спине. — На кого ты пытался произвести впечатление, Бенсон? Оформил хет-трик в первой игре сезона против своего лучшего друга.
— Его девушку. – Комментирует Колтон, и его лицо озаряет лукавая улыбка. — Разве ты не следишь за ним в социальных сетях? Она повсюду в его ленте.
— Это, блять, неправда. – Я притворно обижаюсь, отступая от Роджерса. — Мы не так много публикуем. Нет ни одной фотографии с нашими лицами.
— Ладно, раз ты так говоришь.
Роджерс проводит ладонью по лицу и бороде. Вся его игривость внезапно исчезает, а взгляд становится жестким. Мы с Томпсоном обмениваемся взглядами.
— Когда ты летишь обратно? Есть шанс остаться и улететь домой завтра? – Спрашивает Колтон, пряча руки в карманы брюк. — Мы подумали, что было бы неплохо собраться вместе. Наша старая банда...
— Я возвращаюсь сегодня вечером, со своей командой. – Хмыкает он, перекладывая ногу на ногу, а его желтовато-зеленые глаза обшаривают все вокруг. Когда он наконец возвращает взгляд на нас, я понимаю, что что-то не так. — Я думал, мы друзья.
— Так и есть. – В унисон говорим мы с Томпсоном.
— Тогда почему никто из вас не сказал мне, что у Лейлы есть ребенок? Ни по телефону, ни в сообщениях, ни даже когда я приезжал к вам этим летом на неделю. Почему вы скрывали это?
Черт. Я сворачиваю губы вместе, пальцами перебираю волосы.
— Просто мы знали...
— Что знали? Что я все еще надеялся снова встретиться с девушкой, которую так и не смог забыть? Не хотели лишать меня этой маленькой фантазии?
— Лейла попросила нас не говорить тебе о Майе.
Услышав мои слова, брови Клэя достигают линии волос.
Колтон быстро бормочет:
— Мы хотели рассказать тебе, но...
— Нет. – Роджерс поднимает руку, останавливая его. — Вы должны были сказать мне. Я должен был знать, что она счастлива со своим парнем и что у них будет ребенок. Это помогло бы мне жить дальше.
Он смотрит между мной и Колтоном, выдыхает длинный вдох и отходит от нас.
— Надеюсь, когда я увижу вас в следующий раз, смогу посмотреть вам в глаза и не чувствовать обиды.
Клэй направляется к выходу, его плечи ссутулены, руки глубоко засунуты в карманы. Мы с Томпсоном не двигаемся с места, не сводя глаз с лучшего друга. Глубочайшее смятение проникает в мою душу, и горечь наполняет мой рот. Вот почему я не хотел скрывать от него эту новость. Это была ошибка.
— Мы облажались, – говорит Томпсон, его голос хриплый.
— Да. – Подтверждаю я, в отчаянии тыкая языком в щеку. — Я понятия не имею, как сказать ему, что она мать-одиночка.
Глаза Колтона излучают грусть.
— Это должна сделать твоя сестра. Он не станет слушать никого из нас.
Чувство неконтролируемой печали поселяется во мне, тяжелое и удушающее. Тайна Лейлы больше не отягощает мои плечи; на смену ей пришло сожаление.
Я осознаю последствия, ту боль, которую мы непреднамеренно причинили нашему лучшему другу. Скрывать ничего нельзя, потому что правда всегда найдет выход. Как и важность вовремя сказанных слов.
Упущенные возможности подобны пулям, которые с каждым попаданием разрывают цель на куски. То, что может показаться не очень важным, со временем становится таковым.
Есть только один человек, который может помочь мне справиться с этими эмоциями. Мой личный рай. Девушка, которая способна сделать меня самым счастливым человеком на свете, но также и разрушить мое сердце, если она не чувствует того же самого.
Энджи.
Тихо закрыв дверь своего дома, я отправляюсь к Энджи. Лейла укладывает Майю спать, а моя племянница никак не хотела меня отпускать. Пришлось немного поуговаривать ее и пообещать, что завтра утром она пойдет на прогулку с Купером. К счастью, собака Энджи любит Майю, и я уверен, что она не откажется.
Стучу в дверь и ослабляю галстук. Я все еще в костюме; все, что произошло после игры, выбило меня из колеи.
Все мои планы пошли прахом, а счастье после победы исчезло. Я не в том настроении, чтобы даже думать о признании в своих чувствах сегодня вечером. Единственное, что я хочу сделать, – это забыть.
Открывается входная дверь, и у меня инстинктивно перехватывает дыхание. Мой взгляд скользит по телу Энджи, поглощая ее с ног до головы.
Ее длинные каштановые волосы струятся по плечам, скрывая эмблему «Калифорния Тандерс» на груди. Моя джерси – единственное, что на ней надето, и это зрелище в тысячу раз лучше всех моих фантазий.
— Отличная игра, – говорит она, улыбаясь мне самой милой улыбкой, и отходит в сторону, чтобы пропустить меня внутрь. Купер терпеливо ждет позади нее.
— Отличная кофточка. – Отвечаю я, снова оглядывая ее с ног до головы, когда прохожу мимо. Остановившись, чтобы погладить Купа, я смотрю на Энджи через плечо. — Где ты ее купила?
Энджи закрывает дверь и поворачивается ко мне. Я выпрямляю спину и перевожу взгляд на ее лицо. Подойдя ближе, она прикусывает нижнюю губу.
— Мой парень подарил мне ее. Он самый лучший.
— Правда? – спрашиваю я, обхватывая руками ее талию и опускаясь к ее попке. Господи, я сейчас сойду с ума. На ней даже нет трусиков.