— Какой срок?
— Оговоренный. В Ливию — в пределах десяти дней: из Германии в Италию сушей, а дальше морем. Авиацией быстрее, но дорого. В налаженном хозяйстве скорость не критична, главное — ритмичность поставок.
— То есть оплачиваете вы сами?
— Оплачивает лечебное учреждение, да.
— Валютой?
— Ею, голубушкой.
И теперь «Винокурня» закидывает удочки: а не может ли Михаил Чижик и впредь оплачивать поставку расходных материалов из Федеративной Республики Германии?
— Нет, — ответил я просто. — Чижик не будет оплачивать поставку расходных материалов из Федеративной республики Германии.
— Обоснуй, — потребовали Лиса и Пантера.Вместе.
— Легко. Нас этому в школе учили.
— Чему?
— Не путать свою шерсть с государственной. «Винокурня» — государственное учреждение здравоохранения, финансируется из бюджета Москвы. Следовательно, закупка необходимого, будь то медикаменты, расходные материалы, тапочки и всё остальное, осуществляется централизованно, из городского бюджета.
— Но ты же купил аппараты?
— Чрезвычайная ситуация: обычным путём закупка аппаратов заняла бы месяцы,если не годы, а счёт шёл на часы. Сейчас же времени достаточно. И, кстати, купил не я, и не себе, купило государство, и как раз себе, я лишь оплатил покупку. Разовая акция, пример невиданной щедрости.
— У государства трудности с валютой!
— А у меня валюты и вовсе нет.
— Как нет?
— Вот так и нет. Большая часть ушла на проект «Космос», остатки — на аппараты. На счетах — мелочь, на карманные расходы. Экономика должна быть экономной, так и передайте, если спросят.
Девочки явно огорчились. Демонстративно включили телевизор, стали смотреть новости.
Ничегошеньки о происшествии в ГУМе. Зато вновь показали сюжет с экстренной доставкой аппаратов для диализа: пусть все знают, что Родина ничего не жалеет для своих сыновей и дочерей. Вот почему сыновья на первом месте? В алфавитном порядке должно быть наоборот.
Ничего удивительного в желании помочь «Винокурне» нет. Девочки работали бок о бок с врачами больницы в экстренной ситуации. Это как в бою. Сплачивает. И вот теперь их отзывают, товарищи остаются на передовой, а патроны на исходе. Как не помочь?
Но… Но для государства решить проблему легче лёгкого. Правда-правда. Валюта? В Федеративную Республику Германии качают природный газ. Десять миллиардов кубометров. Каждый год. За очень хорошие деньги. И тратит эти деньги государство согласно государственным же приоритетам. Ему виднее, что покупать.
Всё равно некрасиво. Красиво — если я всё до копейки раздам нищим. Нет, нищим нехорошо, лучше сказать — нуждающимся. Вот теперь тебя полюбят, вот теперь тебя похвалят. Хотя и тут…
— Мне тут анекдотец Эртель рассказал, — обратился я к девочкам. — Больной благодарит врача: ой, спасибо, ой, век помнить буду, вы же мне свою почку отдали для пересадки!
Выходит из больницы, и ругается: сволочь этот врач, отдал одну только почку, а мог бы и обе, он же клятву приносил ради больных себя не щадить, этому… гиппопотаму, вот!
Но девочки продолжали печалиться.
Ничего, это даже хорошо. Кто в молодости не был щедрым, у того не было молодости.
И денег тоже. Но деньги — дело наживное, а щедрость — врождённое. Однако не стоит путать щедрость с расточительством.
Я достал из сейфа гроссбух. Несмотря на название, книжечка небольшая.
— Ввожу в курс дела. Итак, внимание. На счету в Дойче Банке у меня округлённо семнадцать тысяч марок Федеративной республики Германии. В двух банках США — восемнадцать тысяч долларов. Кроме того, я владелец акции компаний: «Жиллет», той, что производит бритвы, «Интел» — это микроэлектроника, и немного ChessIntelligence' — шахматные компьютеры. Это — для Ми и Фа.
— В каком смысле? — хором спросили Лиса и Пантера.
— На обучение. Вдруг они захотят учиться в Эдинбургской медицинской школе? Или в Оксфорде? В Йельском университете, или в Гарвардском? Образование в мире капитала это бизнес, стоит недёшево.
— Ты думаешь, они смогут учиться за границей?
— Если захотят. Они, другие дети, все, у кого будет желание, способности и деньги.
— А у нас?
— И у нас, конечно. Захотят учиться у нас — будут учиться у нас.
— А деньги? Зачем в наших институтах деньги?
— Платить за обучение, вестимо. Ну, и есть, пить, одеваться тоже будет нужно.
— Странные у тебя шуточки.
— Это не шуточки. Всё меняется. Что самое неприятное — меняется не по плану. Совсем не по плану. В будущем году у нас что?
— Олимпиада! — опять хором ответили девочки.