Вдруг резко потемнело. Небо заволокли тучи, и пошёл густой снег. Верхушки деревьев закачались и заскрипели под сильным напором ветра.
— Ну уж нет… — прошептал Светлейший князь. — Нет такой бури, что остановит меня!
Наблюдательный пункт на холме
Николай
— Твою ж мать, а ты был прав! Он действительно пошёл напролом! — удивился князь Мечников, не отрываясь от бинокля.
— Я же говорил, что он сразу догадается о ловушке, — ответил я. — Теперь он думает, что избежал её, а на самом деле идёт прямо в неё.
— И идёт достаточно медленно, чтобы имперские гвардейцы подготовились к засаде.
Мы с небольшим отрядом прятались на высоте в полукилометре от огромной колонны Деникина. В небе маячили две дюжины тяжёлых дирижаблей. Страшная сила. Баллоны бронированы, на каждом по полдюжины гондол с оружием. Есть даже тяжелые миномёты, способные уничтожить танк. Целый воздушный флот.
Я с сожалением вспомнил, что видел у Императора всего три подобных судна.
Но скоро флот Деникина будет выведен из строя. С севера подошла плотная туча, в центре которой была княжна Онежская. В снежной утробе магического облака сверкали молнии, начал подниматься ветер из-за резкого перепада температур.
Наш наблюдательный пост располагался возле выхода из земляной пещеры. Его замело снегом, как и камень, за которым мы притаились, а сверху обзор закрывали плотные ветки деревьев. Так что с воздуха нас увидеть не могли. С деревьями постаралась Маша.
Она находилась сейчас в особенно большой пещере примерно под марширующей колонной и напитывала своей силой растения, заставляя их расти. И не только расти, но об этом потом. Это ещё один сюрприз для дружины предателей. Я же использовал нашу с дриадой связь, чтобы напитывать её маной.
А маны потребовалось много. Если так пойдёт и дальше, то у меня зелья маны вскоре кончатся. И придётся думать, как быстро восполнить энергию. Была одна идея, но очень рискованная. Надеюсь, не придётся прибегать к ней.
Кулаки у меня уже чесались вступить в бой. И не у меня одного. У двух десятков лучших бойцов князя тоже. И у Лакроссы, Агнес, Лизы, Верещагина, Павла и Вероники. Всем, даже Павлу, хотелось попробовать свои силы в бою с достойным соперником. Но спешить было нельзя.
— Господин, — подползла ко мне синеглазка, — а с княжной точно всё будет в порядке? Её не заметят, когда начнётся метель?
— Не заметят, — качнул я головой. — Я дал ей свой артефактный пояс. Он скроет излучение.
— А если всё же…
— А если всё же каким-то чудом заметят, то я на неё столько защитных артефактов повесил, что она успеет уйти.
Вдруг вдали громыхнул взрыв, и над лесом вспыхнул огонь.
— Пошла жара, — прокомментировал Мечников. — Деникин задействовал одно из своих главных орудий — герцога Пламенева. И танки.
Я не видел, но слышал далёкий рокот бронированных машин. И ощущал боль деревьев, которые сейчас неистово горели и уничтожались. После усиления зельем я теперь мог легко чувствовать лес, да вообще любые деревья, будь это просто куст орешника. Мог говорить с лесом и, как выяснилось, обмениваться чувствами. Можно было бы и маны у него позаимствовать, как я это сделал однажды, но сейчас вся мана уходила на бешеный рост. Так что это потом.
Колонна снова начала двигаться, хоть и медленно. То и дело громыхали взрывы и полыхал огонь. С оглушительным треском деревья падали под натиском гусениц танков. Но свою задачу мы выполнили. Замедлили противника.
— Напасть бы прямо сейчас… — простонал Павел. Он занял место отползшей Вероники. Царевич снова был одет в белую с золотым броню. — Пока они нас не ждут. Прорваться к Деникину и убить предателя.
— Нас три десятка, Ваше Высочество, — отвечал Мечников. — В авангарде у Деникина лучшие воины. Нас убьют раньше, чем мы на пушечный выстрел подойдём к князю…
— И вообще, ты давно такой кровожадный стал? — удивился я, обернувшись к Павлу.
— Кажется, ты уже спрашивал… — пожал тот плечами, высунувшись из-за камня.
Как быстро, однако, некоторые меняются.
Мы вернулись в сеть пещер, которые оказались не такими уж мрачными. В стенах росли магические кристаллы, дававшие слабый зеленоватый свет, а сами проходы были достаточно широкими, чтобы мне не приходилось пригибать голову. В некоторых даже могли машины проехать, чем мы, конечно, воспользовались. Вот только заглушили их временно, чтобы противник не засёк.