Всё-таки баня — это чудо из чудес. Как же в ней хорошо. Особенно в компании таких красавиц.
После короткого отдыха снова загнал всех в парилку. На этот раз развёл в воде пару особых составов из тех ингредиентов, что нашли на эльфийской поляне. Экстракты из трав и цветов. Но не те, которые нужны для пилюли. Очищают поры, насыщают тело энергией и омолаживают его. Полил этой водой раскалённые камни. Зашипел пар, быстро заполняя маленькое помещение. Запахло весенним лугом, а пар стал переливаться зелёным и голубым. Красота! Дышалось им легко и приятно.
Ну теперь точно никто не заболеет!
Для лучшего эффекта отпарил всех по второму кругу, а чтобы экстракты впитались ещё лучше, немного помял девушек руками. И даже без пошлых мыслей! Слишком жарко для них.
Когда закончил, на себя сил не осталось. Но у меня площадь тела большая, так что в мою кожу и без того достаточно полезностей впиталось. Чувствовал себя обновлённым, хоть и усталым. Организм после такого действительно окреп. Я это чувствовал так, будто килограмм пятьдесят скинул. Настолько легче стало двигаться.
Девушки тоже выглядели прекрасно. Кожа нежная, на лицах улыбки, волосы гладкие, блестящие и шелковистые.
Агнес с гримасой лёгкого удивления шлёпала себя по зданице.
— Она как будто ещё более упругой стала, — выдала она.
Дриада тут же тоже шлёпнула себя:
— И у меня! Хотя, казалось бы, куда ещё…
И началось. Шлепки, вздохи, охи, удивлённые возгласы. Они ещё и друг друга шлёпать начали! Всё, сейчас моё сердце не выдержит, и я либо умру, либо оргию устрою. А тут не все к такому готовы. Поэтому вернулся в парилку, чтобы не видеть это непотребство, и просто лёг на лавку, наслаждаясь горячим и вкусным паром.
Жаль, вкушать удовольствие от бани мне дали недолго.
Девушки влетели с вениками наперевес, смехом и криками:
— Месть тирану!
И как давай меня парить!
Я в буквальном смысле на своей шкуре почувствовал, что и они стали сильнее. Так хорошо веником по мне только отец проходился. Он знал, как подобрать нужную частоту ударов, когда подбавить пару и как бить. Красотки не обладали его опытом, но брали числом.
Да и зрелище это было прекрасное. Одна поджарая, вторая небольшая, но фигуристая, третья с большой грудью и наивной доброй улыбкой, четвёртая зелёная и гладкая, а пятая — сама женственность и утончённость. Даже с веником.
В какой-то момент я подумал, что этот вечер уже не сможет стать лучше.
Естественно, сглазил.
— Ой, девочки, — с тревогой произнесла дриада, а веников, бьющих по мне, стало на один меньше, — кажется, я расту.
— А? — обернулись все и посмотрели на Машу.
С её волос, ног и рук потянулись тонкие, извилистые стебли. Росли они так быстро, что вскоре вход скрылся в зарослях. Да и всё помещение начали захватывать в буквальном смысле джунгли из этих стеблей.
Вот те раз. Ну, теперь понятно, как целебная банька влияет на дриад.
Я закрыл глаза и попытался всё развидеть. Вдруг, если очень сильно поверить, то проблема исчезнет?
Глава 21
В горах Кавказа
Овощной поезд, потайной отсек
Примерно в это же время
Древняя османская поговорка гласила: двух тушканчиков одной стрелой. Именно ею руководствовался Бурак, сын военного министра Ахмед-паши, когда составлял свой план. А план был чрезвычайно прост. Опять же Бурак, как и его отец, считали, что чем проще план, тем больше шанс, что всё пройдёт гладко. А чем план сложнее, тем выше вероятность, что что-нибудь пойдёт не так.
Поезд замедлился, а вместе с ним и гулкий стул колёс по рельсам, и пол слегка накренился. Они забирались в гору.
Состоял план в следующем. Бурак и отряд элитных янычар тайно проникают на территорию Российской Империи, используя потайные отсеки в вагонах с помидорами. Обычный торговый поезд не вызовет подозрений у русских. Сами воины будут одеты в российское обмундирование. Как только поезд прибудет на станцию этой ночью, они покинут своё укрытие, убьют всех свидетелей и персонал небольшого полустанка где-то в горах и направятся на одну из погранзастав русских. Там их будут ждать. Бурак уже договорился с гнилой аристократией русских.
Как там звали тех троих? Разумовский, Короленко и Михайлов. Глупые русские фамилии. Даже шайтан не выговорит.
Бурак зло и презрительно сплюнул себе под ноги, вспомнив, с кем ему пришлось договариваться. Ничего, ему удалось их обмануть. Люди этих князей и герцога будут ждать на погранзаставе высоко в горах. Они думают, что это очередная операция по провозу контрабанды, но в этот раз всё будет не так. Да, они возили контрабанду в обе стороны, чтобы усыпить бдительность дворян. Только затем, чтобы сегодня ночью убить на заставе всех до единого и занять их место.
Затем настанет время для второго этапа их плана. Часть отряда покинет заставу и нападёт на османских пограничников, а вторая часть отряда поддержит их огнём миномётов с самой заставы русских. Чтобы внезапное нападение выглядело правдоподобно Бураку и его людям придётся убить несколько десятков подданных Империи султана Сулеймана. Маленькая, но такая необходимая жертва. После этого ещё один отряд янычар «контратакует русских» и отгонит их обратно к границе. Бурак со своими людьми исчезнут, оставив на заставе лишь трупы русских.
Так все доказательства вероломного нападения Российской Империи окажутся в нужных руках. И это станет прекрасным поводом объявить войну.
При мысли об этом Бурак улыбнулся и провёл ладонью по небольшой, чёрной, как крыло ворона, бороде. Он был высок и красив, пользовался бешеной популярностью у женщин — особенно у иностранок, охочих до османской экзотики. Бурак не противился. Ему нравилась популярность. Но мечтал он о карьере генерала, а отец пообещал, что если он успешно проведёт эту операцию, то даст командовать целой дивизией.
(Автор не знает османского языка, поэтому османскую речь будет помечать «осм.»)
(осм.) — Мой господин, — к Бураку подошёл один из его воинов, смуглый и гладко выбритый, только глаза блестели в полумраке вагона, — скоро мы будем на месте.
(осм.) — Хорошо, Исмаил, готовь людей, — кивнул Бурак. — Проверьте винтовки, наденьте глушители и примкните штыки.
(осм.) — Да, мой господин.
Исмаил отошёл. Послышались тихие команды янычара, защёлкали затворы, залязгали присоединяемые штыки. Бурак попытался ослабить воротник мундира, который натирал шею. И как русские ходят в такой форме?
Вдруг поезд, лязгнув колёсами, остановился. Прибыли. Лёгкое волнение, с которым боролся Бурак всю дорогу, улетучилось. Так происходило каждый раз, когда наступала пора действовать.
(осм.) — Вперёд! — скомандовал Бурак. — И помните: ни слова по-османски!
Двери нескольких вагонов синхронно открылись, и на пути спрыгнули солдаты в русской форме. Они слепо заозирались, потому что оказались в полной темноте. Ночи в горах, конечно, тёмные, но на полустанке должны гореть фонари. А туткромешная мгла.
— Что происходит? — послышался вопрос на ломаном русском от одного из воинов.
— Где мы?
— Это не похоже на станцию для поезда.
Когда глаза немного привыкли к темноте, Бурак увидел, что они оказались в тоннеле.
(осм.) — Шайтан подери этого машиниста! — зло воскликнул он, позабыв собственный приказ. — Почему мы остановились в тоннеле?
Разъярённый, он направился к голове поезда, как вдруг впереди зажёгся яркий свет, ослепивший его. А затем по ним открыли шквальный огонь.
— Мочи басурман! — разнеслось эхо по туннелю.
(осм.) — Засада! — закричал Бурак, воздвигая перед собой каменную преграду. — Уходим! Уходим!
В поезде их наверняка ждёт смерть. Поэтому они двинулись к выходу из тоннеля, отстреливаясь из винтовок. Из-за яркого света прожекторов врага они не видели, и янычары умирали один за другим. Пули свистели и взвизгивали, рикошетя от стен.
(осм.) — Цельтесь в огни! — зычно скомандовал Исмаил.
Их предали. Их нагло предали!
Бурак заскрипел зубами. Он доберётся до этих проклятых русских. Обязательно доберётся!
Из продырявленных пулями вагонов стекал сок помидор и смешивался на земле с кровью янычар. Они отступали, теряя всё больше людей. Бурак попытался воздвигнуть каменную преграду на весь тоннель, но её тут же разбили артефактным снарядом, убив каменными осколками ещё несколько человек.
Русские и артиллерию подвезли! Их точно ждали!
Вскоре отступление превратилось в бегство. Янычары, забыв о воинской чести, бросились бежать. Тоннель вывел их на дно небольшого ущелья, по которому проходила железная дорога. Вверху мерцало самоцветами звёздное небо.
Стоило османскому отряду выйти, как на склонах вспыхнули маленькие огни. А через секунду рой пуль ударил по оставшимся людям Бурака.