Несмотря на все аргументы, подобный расклад мне не нравился.
— Либо все, господин директор, либо никто, — покачал я головой.
Степан Степанович устало вздохнул, налил себе крепкий, чёрный, как нефть, кофе из маленького термоса, достал небольшую фляжку из внутреннего кармана пиджака и плеснул в чашку. Над полянкой растёкся запах коньяка. Директор отхлебнул кофе и зажмурился. Видимо, коньяка там теперь больше, чем кофе.
— Знал, что тяжело будет вас уговорить. И даже пытаться не буду, Дубов, — сказал директор.
Девушки с интересом прислушивались к нашему разговору. Я же безразлично отрезал себе кусок люля и стал флегматично жевать. Директор достал из другого кармана сложенный лист бумаги.
— Я не должен вам показывать, но, боюсь, это единственный способ вас заинтересовать.
И он оказался прав. Взглянув в листок, я, признаться, обомлел.
— Помимо денежных призов, — говорил Степан Степанович, — за первые места полагаются алхимические ингредиенты. Весьма дорогие. Плюс то, что добудете в процессе охоты за кубком Кикиморы.
Он не врал. Ингредиенты были что надо. Аж глаза разбегались от обилия призов. Некоторые я вообще видел впервые, а это значит, что стоят они просто космически много. И настолько же полезны. Другие были мне знакомы по тем рецептам, что я находил в дневнике отца. Из них можно сварить неплохие усиливающие зелья. Очень даже мощные. То, которым мы поили Альфачика, когда его поразил чёрный токсин, даже рядом не стояло.
Что ж, при таком раскладе я смогу помочь Агнес и Веронике стать сильнее. Даже если они не попадут на турнир.
— Хорошо, — кивнул я, возвращая листок. — Мы согласны.
— Мог бы и нас спросить для приличия, — тихо буркнула княжна, надув губы.
Лакросса пихнула её локтем в бок:
— Не хочешь — не едь, и без тебя желающих — целых два с половиной человека.
Девушка кивнула в сторону притихших Агнес и Вероники.
— Чего это два с половиной? — обиделась гоблинша.
— Вероника с её сиськами сойдёт за полтора, — пояснила оркесса.
Вероника обхватила себя за грудь и пробормотала:
— Даже не знаю, стоит ли обижаться на это…
— Не стоит, — подмигнул я ей, и синеглазка расцвела.
А Лакросса цокнула языком. А нефиг подругу обижать.
Директор, удовлетворённый моим ответом, ушёл, сказав напоследок, что выезд уже в понедельник, первого декабря. Всего пара дней осталась до турнира…
Агнес и Вероника заметно расстроились, что им не получится оказаться на турнире. Оно и понятно. Турнир Кикиморы — отличная возможность не только заработать, но и прославиться. Одно лишь участие само по себе ставило тебя на несколько ступеней выше остальных студентов. В будущем это могло сыграть на руку карьере, например. Да и в целом сплошная польза.
Мне не удалось успокоить девушек рассказом о зелье, зато сработало кое-что другое. Пообещал всё время думать о них и скучать. И это я даже не соврал. Разве что самую малость. Но я правда был огорчён необходимостью оставить их в академии. Привык к их проблемному обществу, что тут сказать.
Принесённую еду смели подчистую. Агнес похлопала себя по выпирающему животу, который натянул порванный комбинезон, и непроизвольно рыгнула.
— Ой, прошу прощения, — покрылась она бордовым румянцем.
— Опять худеть… — вздохнула Лакросса, поглаживая свой округлившийся пресс.
— Не стоит переживать, — сказал я, допивая последний стакан с айраном. — Наши организмы истощены настолько, что сегодня ночью они каждый грамм белка и жира пустят в дело. Наоборот, даже можете похудеть.
— Н-не надо! — испугалась княжна. — У меня и без того идеальная фигура. Не хочу худеть, вдруг… грудь ещё уменьшится.
Понятия не имею, чего она опасалась. От действия пилюли и прошлого зелья она у неё наоборот немного подросла. Теперь у неё был размер между вторым и третьим. Вполне приятное сочетание с тонкой талией и аккуратной попкой.
— И не смотри на меня так, — покраснела Онежская, закрываясь от моего взгляда, будто сидела здесь голая.
А я только рассмеялся в ответ.
После ужина разбрелись по своим комнатам. Я принял горячий душ, чтобы расслабить всё ещё напряжённые мышцы, разделся и лёг в кровать. Несмотря на усталость, сон не шёл. Не отпускало тяжёлое ощущение нависшей угрозы. Истинный убийца отца и заказчик моего убийства так и не найден.
От Билибина до сих пор нет вестей по поводу проверки слепков зубов убитых мной при нападении на академию наёмников. Он предупреждал, что это долгий процесс, но я всё равно устал ждать.
Надеюсь, после турнира хоть что-то прояснится. Если не начнётся какая-нибудь война.
Вдруг в дверь тихонько постучали, и я приподнялся на локте. Гостей я не ждал. Комнату заполняло неяркое сияние от углей в камине, в форточку залетал свежий ветерок. Лютоволк тихо посапывал во сне — значит, за дверью стоит не враг. Иначе он давно бы насторожился. И кого всё-таки принесла нелёгкая на ночь глядя?
В дверь снова постучали.
Ладно-ладно, иду.
Я встал с постели, натянул штаны и открыл дверь. На пороге стояла невысокая фигура, закутанная в плащ.
Глава 23
— Агнес? — удивился я, увидев перед собой гоблиншу в плаще. — Что ты здесь делаешь?
Девушка смущалась настолько, что даже глаз на меня не поднимала. Стояла и тыкала палец в палец, не зная, куда себя деть. Всё же она решилась.
— Можно я войду? Просто хотела поговорить, пока вы не уехали на турнир.
— Конечно, — посторонился я. — Проходи.
Зажёг пару ночников, чтобы разогнать мрак, и пошёл ставить чайник. Взглянул на Агнес, которая села в кресло у камина. Плащ она так и не сняла.
Да уж, судя по её лицу, чаем тут не обойтись. Придётся доставать вино. После последнего визита Морозовой запасы этого напитка у меня существенно пополнились. Достал бутылку красного и разлил по бокалам.
— У меня есть Инсект, Коль, — вдруг выпалила Агнес, не поворачивая головы.
А я чуть бокалы не выронил.
— Почему молчала? — спросил, давая ей бокал с вином.
Сел в кресло напротив. Рукой согрел напиток и сделал небольшой глоток. Раньше мне не нравилось вино, но теперь, когда есть собственный виноградник, отношение к нему само собой изменилось.
— Я сама только недавно узнала, — пожала плечами гоблинша, обняв бокал ладонями. — Видимо, затесался в родне какой-то аристократ.
— Любитель зелёных полторашек, — хмыкнул я.
Агнес подняла на меня глаза. Она выглядела испуганной.
— Ты не злишься?
— С чего бы мне злиться? Лучше расскажи, что за Инсект и почему узнала о нём только сейчас.
— Угу, — кивнула гоблинша и сделала большой глоток вина. Она сразу чуть расслабилась и откинулась в кресле. — Это случилось, когда мы посещали Дубовую рощу. Когда Мать Леса отправила тебя в Духовное пространство, нас она тоже… взяла в оборот. Что именно там случилось, пожалуйста, не спрашивай. Мы с девочками договорились не рассказывать тебе о тех… ужасах. Если коротко, тогда я выяснила, что могу растягиваться. Как резинка.
— Так вот как ты поймала того кротозайца. Он ведь быстро в нору нырнул, а ты его за шкирку умудрилась вытащить…
— Ага, — улыбнулась Агнес. — Я скрывала свой дар, а в тот раз вот… не выдержала. Уж больно долго пыталась поймать гада!
Зелёная полторашка окончательно успокоилась и превратилась в ту самую весёлую и немного ироничную Агнес, что мне так нравилась. Я улыбнулся, а она рассмеялась.
— Жаль, но это не поможет тебе попасть на Турнир, — пожал я плечами.
— Ой, можно подумать, я турниров не видела. Хотя, если честно, не видела… Но конкретно на этот турнир мне наплевать. Будут ещё. Да и Инсект мне свой ещё разрабатывать и разрабатывать. Я пришла не ради турнира.
Я молча вскинул бровь.
— Я научилась кое-каким трюкам, — сказала Агнес, вставая с кресла. Она залпом допила вино и протянула мне руку с выставленным указательным пальцем. — Дёрни за палец.
Мне сразу вспомнился дурацкий детский прикол.
— Ну дёрни!
Гоблинша явно начала веселиться. Переборщила она с вином, похоже.
— Ладно-ладно. — Я наклонился и потянул её за зелёный палец. А он взял и растянулся. — Ого! Очень полезный трюк, Агнес. Можно использовать тебя вместо верёвки.
— Ха! Это не единственный мой трюк! — Она гордо вскинула курносый нос и вдруг начала меняться в размерах.
Через секунду передо мной стояла длинноногая зелёная красотка. А ещё через секунду Агнес распахнула плащ, под которым оказалось эротичное нижнее бельё: кружевные трусики с высокой талией и лифчик, под которым почти всё видно.
— Я давно ждала этого дня, — смущённо пробормотала высокая Агнес. — Выбирала момент, но неожиданно поняла, что он так никогда и не настанет. Что я сама должна его создать.