К этому времени мы подошли к участку пути, который шёл по обрыву. Слева нависала отвесная скала, припорошенная снегом, а справа располагался обрыв с очень крутым склоном. Внизу едва слышно шумела бурная река и темнели полоски деревьев. Да, катится будет далеко…
Впрочем, дорога была ровная и широкая, а на стене крепились тросы, за которые можно было держаться руками. Девушка встала боком и взялась за трос. Замерла на месте с белым, как мел, лицом. Студенты впереди уже прошли приличное расстояние и исчезли за поворотом через полторы сотни метров.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Вероника, — проблеяла девчушка.
Раз не говорит фамилию, значит, простолюдинка.Неоспоримым доказательством моей догадки являлось такжелицо, хоть и красивое, но простоватое, с пухлыми, всегда будто чуть надутыми губами, вздёрнутым носиком и веснушками на щеках. — Я… я высоты боюсь!
— Вероника, не бойся. Если что, я успею тебя поймать.
— Т-точно?
— Да, — уверенно кивнул я и щёлкнул ногтем об клык. — Зуб даю.
— Л-ладно, — пролепетала Вероника и маленькими шажками пошла вперёд.
Поняв, что ничего страшного не происходит, она пошла быстрее. Шаги стали длиннее и увереннее, правда ушедших вперёд мы пока так и не догнали. Вскоре стена слева стала менее отвесной и сменилась крутым склоном, поросшим лишайником и мелкими кустиками колючки. Дорога постепенно спускалась. Внизу обзор закрыло плотное облако. Зацепилось за гору и застряло. Но река внизу всё ещё шумела.
Дошли до того места, где дорога резко поворачивала влево. Повернули и увидели ещё несколько изгибов горной тропы. Она стала уже и опаснее, но на стенах по-прежнему висели тросы и верёвки. Ушедших вперёд студентов не видать, значит, не заметили, что мы отстали или решили, что и так догоним.
Вдруг слева из-за камней сорвалась стайка чёрных не то птиц, не то летучих мышей. Они налетели на Веронику. Девушка закричала от ужаса и замахала руками, отбиваясь от животных. Оступилась и начала заваливаться назад. Я подставил под её спину ладонь и помог встать обратно на дорогу.
— Говорил же, — улыбнулся я.
Бледная, как смерть, девушка кивнула, слегка подрагивая. Ничего, это адреналин, скоро пройдёт.
Раздалось громкое фырканье, и в нос ударил смрадный запах. Глаза девушки расширились от ужаса, я проследил за её взглядом. Выше по склону всего в паре метров стоял двухметровый козёл с костяными жвалами у рта. Цвет его шкуры, грязно-белый, сливался с камнями, поэтому его не заметили раньше. Плотоядный Костяной козёл смотрел прямо на Веронику. С губ капала тугая слюна.
— Какого… — услышал чей-то возглас сзади.
— А-а-а! — завизжала девушка.
Для монстра это стало сигналом. Он сорвался с места, выставив острые рога вперёд.
Думать было некогда. Я схватил девушку и сиганул в пропасть.
Глава 13
Я летел! Хотя нет, откровенно говоря, я бессовестно падал. Вероника сжалась в комок, я обхватил её согнутыми ногами и руками, прижал к себе вместе с её рюкзаком, призвав Инсект на всё тело. Морёные конечности стали каркасом, которые защищали девушку.
Козёл летел следом за нами, выставив рога. Хотел в полёте насадить нас на них. А потом мы окунулись в облако, и молочная пелена скрыла злые прямоугольные зрачки. Роса капельками оседала на дубовой плоти. С глухим треском мы врезались в большой булыжник, внезапно вынырнувший из тумана.
— Уф! — вышибло воздух из девушки.
Камень раскололся, а мы кувыркнулись дальше. Вылетели из облака, и я тут же пожалел об этом. Когда плыл в тумане, не осознавал и не видел, как быстро вертится мир вокруг! Аж голова закружилась.
Бам! Врезались мы в землю и подлетели снова.
Бух! Мы попали в лес, ветки хлестнули по спине и рукам. Отлично! Деревья нас затормозят!
А нет, не затормозят. Лес кончился! Мы ещё несколько раз ударились о крутой склон, инерция прыжка угасла, и дальше покатились с жутким грохотом, изредка подскакивая на булыжниках. Вокруг смотреть я не мог. Всё превратилось в безумную цветную круговерть: горы — в серые с белым мазки, рваные полосы неба и зелёные пятна кустиков и травы. Где-то там ещё скакал козёл, хоть я его и не видел, но хищник был настроен решительно, можно не сомневаться.
Шух! Локти скользнули по снегу и набрали его целую охапку. Девушка взвизгнула от внезапного холода, но ветер, свистевший в ушах, мгновенно выдул белую пакость.
На спине у меня болтался рюкзак, который всё время врезался в землю. Внутри помещался большой котелок, тот самый, из которого смогли наесться вечно голодные студенты. Он играл роль дна и вторых стенок и жалобно позвякивал при каждом ударе. Содержимое всё время дребезжало. Ох, лишь бы он не раскрылся.