Я тепло, а Ригард даже горячо попрощались и направились домой, позвякивая жалкими остатками монет. Уже недалеко от дома я увидел кондитерскую лавку и спешился, чтобы купить лакомство сладкоежкам. На выходе я столкнулся с приятной, богато одетой дамой. Руки были заняты сладостями, а Ригард стоял на входе и охранял обоих наших коней с подарками.
Дзинь! – сработала сигналка на кошельке. Я от нечего делать периодически везде вешал и снимал сигналки: тренировался в магии. И сразу всё просёк: небольшое столкновение – это отвлечение внимания, кошелёк уже срезан, и плевать, что он под плащом. Но руки у меня были заняты, а бросать сладости жаль.
Я, кивнув на воровку, скомандовал Ригарду:
– Возьми её!
Ригард, не колеблясь ни секунды, бросился за дамой и вытащил её, орущую, на улицу. Хотя кошелька у неё могло и не быть: карманник может работать под прикрытием.
И точно! К оставленным коням уже спешил мужчина с целью завладеть поклажей, а ещё один вцепился в Ригарда и заорал:
– Что за хам! Немедленно отпусти леди!
Третий направился мне наперерез, закрывая обзор наших лошадей, чтобы первому было удобнее работать.
– Ригард, выруби обоих, – дал команду я и ударил ногой по колену третьего.
Тот с криком упал, открывая обзор жадных рук, срезающих поклажу. Хрен тебе по всей твоей глупой морде! Я ударил своей фирменной молнией по вору, и он с криком упал, сильно ударившись головой об брусчатку мостовой. Третий пытался, хромая, удрать, вернее, отползти, но и его настиг мой удар молнией, вырубив наглухо. Второго и воровку вырубил Ригард своим привычным ударом мечом плашмя по голове. Надо будет назвать его «удар имени Ригарда», мелькнула в голове мысль.
Тут я услышал топот и увидел приближающихся стражников числом пять штук с уже вынутыми мечами.
– Кто такие! Почему портите праздник? – заорал старший из них, десятник.
– Свободный барон Гарод Кныш, маг пятого ранга. Это, – кивнул я на Ригарда, – полусотник моей охраны, предоставленной мне императором. А это, – указал на поверженных, – воры. Сначала украли кошелёк, потом пытались поклажу с коней срезать. А этот, – я пнул стонущего врага, держащегося и за коленку, и за грудь, куда попала молния, – с ними заодно, мешал поимке воров.
– Это ещё проверить надо! У вас что-то украли?
– Господин! Кошель нашли в зале, валялся, – выскочил приказчик из лавки.
– Ну, вот видите, – глумливо усмехнулся десятник, – вы кошелёк сами потеряли, а потом напали на заслуженных граждан империи!
– Нет! Кошель срезан, а не отвязан, – испортил малину стражникам всё тот же приказчик и показал ровный срез на верёвке.
– Пошёл прочь, – заорал на него стражник, забирая кошель.
У-у-у, а ребята-то заряжены! Продажные пэпээсники заодно с карманниками! Блин, как дома побывал.
– За что?! – ожила дамочка и начала плакать, но осталась лежать, подробно демонстрируя содержимое декольте и свою фигуру, беспомощно и сексуально распластанную на камнях.
Кругом уже собирались зеваки, и симпатии были явно не на нашей стороне, а на стороне такой милой и беспомощной дамы.
– Поймать их и в цепи! – орал толстоватый мужчина с молодой дамой, то ли женой, то ли дочкой.
Десятник почувствовал настороение толпы и обнаглел.
– Сдать оружие! – заорал он.
– Дурачок, я маг! Как я тебе сдам оружие? – поразился я наглости местных продажных стражников.
– Не сопротивляться! – командовал десятник. – Все остальные свободны, а вы двое, – он указал на меня с Ригардом, – задержаны за нарушение порядка в праздник именин императора!
Занавес! Ясно, что и в управе у них всё схвачено. Буду под следствием, пока ментальный маг не освободится.
Но тут в моей голове что-то щёлкнуло, я вспомнил и улыбнулся.
– Десятник, ты понимаешь, что жить тебе осталось меньше суток, пока…
– Ты угрожаешь! Все слышали? – перебил он меня.
– Ты не имеешь права задерживать кавалера знака доблести двенадцатой ступени, – распахнул я плащ. – Ригард, это ведь коронное преступление?
– Факт. Тут ещё и нападение на лицо, охраняемое императором. Думаю, менталы за час всю эту гоп-компанию выпотрошат и казнят, – подтвердил тот, светлея лицом.
– Я не видел знак, – растерянно пробормотал десятник.
– Сейчас видишь? Да и аристократов ты не имеешь права задерживать силой, – хмуро посмотрел на него Ригард, вытаскивая, наконец, меч из ножен.
– Всем разойтись! Сейчас разберёмся, – попытался вернуть себе уверенность десятник.
Народ начал спешно расходиться, но я закричал:
– Эй, толстяк с дамой, а ну, стоять! Пока не сжёг вас на хрен! Кого ты там в цепи хотел?