– Ой! Ты себя здоровым почувствовал? – нахмурилась от шлепка Альфрика.
– Конфета! – указал на очевидное я.
– А что ты молчал-то? Ешь, конечно! Я перед ним распинаюсь, а он молчит, – под уже открытое ржание мага возмутилась она. – Чё ржёшь, пень трухлявый?
– Он тебя перебить не смог! – оправдывался маг.
– Сшушал уже! – дожевывая конфетку, заявил я.
Дальше дело пошло легче, и уже до ужина я окончательно избавился от последствий укуса. Пришлось, конечно, попотеть.
За ужин мы сели без Моли и Малосси. Они появились через десять минут, довольно растрёпанные и покрасневшие. Я неприязненно глянул на барона: соблазнил уже. Он, наоборот, покровительственно потрепав меня за плечо, заявил:
– Ты, Гарод, не торопись. Главное – здоровье. Виконтесса нам места для проживания выделила, я уже опробовал.
– Я уже здоров! – удивил я его.
– Радость какая, – умильно поглядела на меня Моли.
– Виконтесса, а где ваш муж? – в пику довольной морде барона спросил я.
– Я не замужем, да и замок не мой, а папин. Просто мне здесь спокойней жить. Да и молода я для замужества! Самая младшая в семье.
– Это ваше дело. Спасибо вам за приют. Завтра с утра поедем, – поблагодарил я.
– Гарод, не надо спешить. – Барон явно желал углубить взаимодействие с дочкой графа.
– Чего время терять? И так то одно задержит, то другое.
Ужин прошёл в тёплой, почти семейной атмосфере, после чего я ушёл спать в свою комнатку, а счастливчик Малосси ушёл с Моли.
– Слава богу, мы спали в разных крыльях, а то мешали бы тебе спать всю ночь, – самодовольно заявил мне барон, когда мы уже покинули замок и ехали к тракту.
– Так уж и всю ночь? Десять минут вечером и десять утром? – подколол я барона, в самом деле не завидуя ему.
Я утром тоже оставил Моли память о себе, написав на стене слово из трёх букв. Жаль, никто не прочитает. Я, конечно, не писал, а изменял цвет краски, но всё равно. Четвёртый ранг магии взял наскоком! Многие годами идут до четвёртого ранга или даже десятилетия. Перспектива хорошая, думаю я, от этого и на душе хорошо.
Мы ехали, не сильно загоняя коней, но место обеда уже было другое. Вместо городка недалеко от тракта пообедали в районе таможенного поста между графствами. Там не было никаких удобств, но были вода, уход коням, место для костра. И никаких гадских змей.
Обед и отдых растянулись на два часа, а я от нечего делать считал проезжающих. Восемь караванов, семнадцать карет и двенадцать всадников в шести группах и по одному. Итого у меня вышел золотой за два часа непыльной работы. Чтоб я так жил! А сколько гребут у столицы?!
Вспомнил, что давно не играли в «Монополию», всё времени нет. Дорога меня не изматывала. Вот Лиску и Лиану жизнь потрепала, и только конюху Мирту было нипочём. Я в который раз порадовался, что взял его.
Отдохнув, мы двинулись в путь, но вместо шикарного постоялого двора ночевали в маленьком и грязном. В этом постоялом дворе не было денег на потраву клопов, и я был покусан мелкой нечистью со всей пролетарской ненавистью.
Поэтому утром я ехал в довольно раздражённом настроении. Тракт упирался в реку, и паромная переправа удивила своей очередью.
– Ярмарка в городе, – пояснил важный дед на телеге с горшками.
Ясное дело, в очереди мы стоять не захотели и ждали возвращения парома, чтобы уехать по более высокой цене, но без очереди.
Паром уже причаливал, и я готовился садиться на него, как позади нас раздался властный крик:
– Посторонись, затопчу!
Я насмешливо оглянулся, желая узнать: кто там такой смелый, чтобы топтать меня? И увидел десятка два всадников, сопровождающих богатую карету.
– С дороги! Представитель имперской канцелярии баронет Тук едет!
И точно, его окружали гвардейцы, но более нарядные и холёные.
– Подождёт твой Стук, – будучи в дурном настроении после укусов клопов ответил я громко.
Замечу, что и Ригард, и Малосси с дороги сразу ушли, и я обратил на это внимание. Но Остапа понесло.
– Кто там такой дерзкий? – высматривал меня, как видно, командир охраны.
Меня и правда плохо видно: я невысокий, да ещё и спешился.
– Кто? Тот, кто тебя не боится! Свободный барон Га-род Кныш! А ты кто такой?
– Аж целый барон, – усмехнулся офицер. Я полусотник второго полка имперской гвардии баронет Карт. Эй, десятник, ко мне! – увидел он Ригарда.
– Дома женой своей командовать будешь! – сплюнул Ригард и вытащил меч из ножен.
Тут же и остальные три моих гаврика обнажили мечи.
– Бунт?! – взвизгнул полусотник. – Запорю, псина безродная!
– Бунт? Полусотник, у тебя голова лишняя? Сейчас укорочу! – насмешливо ответил отморозок Ригард.