Он ещё раз перечитал записку. Текста в ней было немного. Только адрес, время и размашистая подпись.
Подпись его учителя, Бориса Илларионовича Ланцова.
Вся записка была написана его ровным уверенным почерком. Более того, от неё исходила знакомая пульсация его силы. Перепутать её с чем-то было просто невозможно!
Волкова терзали сомнения. Неужели учитель всё-таки сумел выбраться из заточения⁈ Это казалось невозможным.
Но если это действительно так, то, как верный ученик, он просто не мог упустить возможность увидеться со старым учителем. В конце концов, именно благодаря Ланцову он стал тем, кто он есть…
— Не ожидала тебя здесь увидеть. — Знакомый голос прозвучал совсем рядом.
Вся сила воли понадобилась Волкову, чтобы не вздрогнуть. Медленно, стараясь скрыть удивление, он повернулся и посмотрел на стоящую рядом с ним женщину.
Так и есть. Графиня Елизавета Яхонтова! Одарённый третьего Ранга, один из самых талантливых артефакторов Империи… и по совместительству ученица Ланцова.
Они не виделись уже много лет. Но такую женщину забыть невозможно…
— Как я понимаю, Борис Илларионович направил приглашение не только мне?
— Верно понимаешь, Волчара! — Яхонтова рассмеялась низким лающим смехом. — Кажется, наш дорогой учитель решил собрать всех своих дорогих учеников!
Волков кивнул. Теперь, когда Яхонтова стояла рядом с ним, он думал о том же самом.
— Думаешь, что он и в самом деле жив? — Он задал ей главный вопрос.
— А химера его разберёт! Что наш дорогой учитель всегда умел делать, так это удивлять! — Яхонтова снова рассмеялась. Внезапно она приблизилась к Волкову и заговорщицки зашептала ему на ухо. — Волчара, за тобой тоже следили, да?
Яхонтова старалась выглядеть спокойной и беззаботной. Но Волков отлично слышал в её голосе напряжённые нотки.
Врать ей он не стал.
— Да. Двое. Пытались проследить за мной ещё от дома. Но с моими маскирующими чарами они справиться не смогли.
По пути сюда Волков заметил двух крепких парней. Они всеми силами старались не привлекать внимание, но Волков всё равно почувствовал активированную следящую магию.
Глупцы! Против обычного Одарённого их уловки, возможно, и работали. Но обмануть дешёвыми фокусами опытного Абсолюта было практически невозможно.
Парой взмахов рук он отвёл им глаза и благополучно добрался до места встречи. В том, что слежки больше нет, он был уверен.
Слова Яхонтовой заставили его насторожиться. Если следили не только за ним, но и за ней, то, возможно, кто-то устроил ловушку.
И никто не знает, что ждёт их, если они войдут внутрь…
— Ну что, пойдём? — Яхонтова уверенно шагнула к возвышающемуся перед ними дому и потянула на себя протяжно скрипнувшую дверь.
Волков заколебался. Он просканировал здание несколькими техниками, но не обнаружил ничего подозрительного.
Кажется, засады нет…
— Пойдём. Не напрасно же мы сюда пришли?
Они поднялись по старой рассохшейся лестнице и приблизились к нужной двери. Судя по отсутствию энергетических биений, во всём здании не было ни души.
Очень, очень странно…
Волков занёс руку, чтобы постучать, когда дверь сама собой распахнулась.
На пороге стоял граф Свиридов. Самый сильный Стихийный маг Империи. И, разумеется, ещё один ученик Ланцова.
— А мы вас уже заждались! — Он улыбнулся и крепко сжал ладонь Волкова. — Так и знали, что вы тоже придёте!
— То есть ты знаешь, что происходит? — Волков жадно наклонился вперёд.
— Понятия не имею! — Свиридов помотал головой. — Как и вы, я получил записку с адресом. Ну а дальше встретил здесь остальных…
Волков и Яхонтова переглянулись и вошли внутрь. Как они и ожидали, в оказавшейся неожиданно просторной квартире стояли ещё трое.
Сильнейшие маги Империи, выдающиеся Одарённые, — все они были учениками Ланцова.
Бо́льшую часть из них Волков не видел уже много лет. После исчезновения Бориса Илларионовича они не поддерживали связь и при редких встречах пытались делать вид, что незнакомы.
Что поделать, далеко не у всех годы ученичества у Ланцова оставили приятные воспоминания…
— Кажется, все собрались?
Распахнулась неприметная дверь, и в комнату вошёл Одинцовский.
— ТЫ?!!! — Эмоциональная Яхонтова не сумела сдержаться и уставилась на него с таким видом, будто увидела призрака. — В новостях сказали, что ты сдох!
— Слухи о моей смерти сильно преувеличены. — Губы Одинцовского растянулись в улыбке. — Как видите, я жив. И, между прочим, отлично себя чувствую!
Волков был знаком с Одинцовским, но близкими друзьями их было не назвать. Более того, при виде его Абсолют испытал разочарование.