— Да без проблем!
Лидия чмокнула меня в щёку и с новым энтузиазмом бросилась готовиться к суду. Дракоша крутился около неё, раздавая свои бесценные советы.
Я же ухмыльнулся и вышел из кабинета. В конце концов, у меня были и свои собственные дела!
Подчиняющая техника Ланцова продолжала действовать. Одинцовский несколько раз пытался её разрушить, но так и не сумел ничего сделать. Контроль Бориса Илларионовича оставался полным и безоговорочным. Всё, что ему оставалось, — это идти за ним.
Но даже это сделать было непросто.
Вся земля в Бреши была покрыта ямами и провалами, через которые то и дело приходилось перепрыгивать. В воздухе проносились потоки энергии. Если не успеешь увернуться, то мало не покажется, это точно!
И это было далеко не всё.
За то время, что Одинцовский был без сознания, Брешь сильно изменилась.
Часть гор обрушилась, став каменными развалинами, деревья были размолоты в труху, а иссушенные реки превратились в тонкие ручейки.
На этом разрушение не остановилось. Энергия то и дело ударяла в землю, порождая всё новые и новые разрушения.
Чистый, ничем не замутнённый хаос!
Ланцов поймал его взгляд и усмехнулся.
— Да, как ты видишь, твои товарищи сумели доставить мне немало неприятностей. Но они меня недооценили. Убить меня совсем непросто!
Он кивком указал в сторону. Там, у небольшого холма, лежали, сваленные друг на друга, тела членов Крутовского отряда.
Что странно, ни оружия, ни доспехов, ни даже самых простых артефактов при них не было.
Наверняка Ланцов успел их обыскать и забрал всё самое ценное…
— Ты… Ты настоящее чудовище!
Слова дались ему неожиданно легко. Своим телом Одинцовский не управлял, но способности разговаривать Борис Илларионович его лишать не стал.
— Правда? — Ланцов усмехнулся и поморщился. Было видно — покрывающие тело раны доставляют ему сильную боль. — Чудовище… Уж поверь, меня называли словами и похуже! К тому же напоминаю — это они пришли ко мне в дом, надеясь меня убить. Я лишь сделал с ними то, что они собирались сделать со мной…
Одинцовский снова посмотрел на поверженных членов отряда.
Абсолюты, бойцы Агентства, Маги вне категорий… Все они нашли свою смерть здесь!
Впрочем, кое-кого здесь явно не хватало…
Среди тел он не увидел самого Крутова и Абсолюта Скворцова.
Странно. Неужели этим двоим всё-таки удалось спастись?
Техника Ланцова не позволяла ему двигаться и атаковать. Но использовать простейшую сканирующую магию он всё-таки мог.
Стоило ему применить Дар, как он почувствовал — пока он был без сознания, в Брешь сумел проникнуть кто-то ещё.
И не просто кто-то, а сам Его Величество Император Российской империи!
Его след был чётким и ясным. Вот только, судя по всему, добиться результата Всеволоду не удалось. Он использовал мощные боевые техники, но так и не сумел убить Ланцова.
Сейчас его энергии в Бреши не было. А значит, Всеволод, также как и Крутов со Скворцовым, успел вовремя отсюда убраться.
Одинцовский почувствовал, как внутри поднимается обида. Они ушли и даже не попытались его разыскать. Это было не по-мужски. Настоящие воины так не поступают!
Впрочем, он понимал, почему они так сделали. У них были все основания считать его мёртвым. Он и сам думал, что не переживёт встречу с Ланцовым.
Более того, сейчас он ощущал на себе остатки маскирующей техники. Судя по всему, Борис Илларионович не стал полагаться на удачу и на всякий случай прикрыл его бездыханное тело отличными маскирующими чарами Высшего уровня.
Его не смогли найти. И спасательной операции можно было не ждать.
Заметил он и ещё один след. Сильный и очень необычный.
Ястребов! Такой энергии во всей Империи больше нет ни у кого.
Значит, наглый барон тоже успел здесь побывать. И не один, а в компании своих питомцев.
След Ястребова, также как и следы остальных, терялся в потоках Водоворота.
Обидно, очень, очень обидно…
Нахлынувшие эмоции придали ему сил. Он почувствовал в технике контроля слабину и снова попытался атаковать.
Ланцов, не оборачиваясь, ударил по земле посохом. По телу Абсолюта пронеслась судорога боли.
— Ещё одна такая попытка, и боль будет настолько сильной, что ты пожалеешь, что не умер сразу! — Ланцов не поворачивал головы. Его голос доносился как будто отовсюду сразу. — Это понятно⁈
— Да…
Одинцовский понял — эта попытка была последней. Больше сил сопротивляться у него просто не было.
Тем временем они приблизились к дому Ланцова. Точнее, к тому, во что он превратился.