Надо же, покорный Кыш! Кажется, теперь я видел всё…
Здоровенный дракон Добровольского добрался до «Непобедимого» в несколько взмахов крыльями. Опускаться на крейсер он не стал. Корабль был крепким, но даже невооружённым взглядом было понятно, что массы дракона ему не выдержать.
Советник спрыгнул прямо со спины ящера и мягко приземлился на палубу.
— Ястребов, какой химеры здесь происходит⁈ — Он начал без предисловий. — Что ты вообще здесь делаешь⁈
— Выполняю вашу работу! — Я спокойно выдержал его взгляд. — И, между прочим, у меня есть результаты. А вот вы едва не стали массовым убийцей. Снова!
Мои слова попали в точку. Разошедшийся генерал сбавил обороты и заметно присмирел. Чувствовалось, что его кровавая слава по-прежнему не даёт ему покоя.
— Ястребов, да я же не собирался их топить. Так, только выжечь вооружение. А дальше как пойдёт… — Он попытался оправдаться, но получилось у него откровенно неубедительно.
— Что вы вообще здесь делаете? — Я надавил на него Взглядом.
— Его Величество сообщил о нападении. Я сразу же одолжил у Подчиняющих первого попавшегося ящера и примчался так быстро, как мог! — Он кивком указал на парящего над нами дракона. — Твердолобый пусть и не очень умный, но зато в скорости с ним никто не сравнится!
Я посмотрел на Изумрудного дракона. Спустив Добровольского, ящер рассекал над нами. И сейчас он, позабыв про гордость, гонялся за чайками. Из его пасти торчали птичьи перья.
Кыш и остальные ящеры смотрели на него с презрением. Кажется, своё не очень уважительно имя Твердолобый явно получил не просто так…
Даром, что огромный, он тупой как пробка! Такое случается даже у драконов…
— Барон, объясните, что здесь происходит? — Добровольский перешёл на деловой тон.
— Не вопрос!
Я ввёл его в курс дело. С каждым словом генерал смотрел на меня всё более удивлённо.
— Выходит, гадина Троекуров всё никак не успокоится… Ну ничего, мы до него доберёмся… А ты, барон, молодец! Ловко сработал. — Он окинул меня каким-то новым взглядом, как будто сделал для себя какие-то выводы о моей силе. — Сможешь сотворить это с теми двумя?
— Да! Главное — это добраться до них раньше, чем они начнут палить…
Не успел я закончить фразу, как «Боевой коготь» и «Карающая длань» одновременно выстрелили.
Атака была смешанная. К берегу полетели как энергетические снаряды, так и ракеты с магической сердцевиной. Расстояние до Циндао стремительно сокращалось.
— Вы знаете, что делать!
Мы с моими людьми сработали по проверенному плану. Я создал энергетическую сеть, а остальные её поддержали.
Как и в прошлый раз, сеть сработала безупречно. Почти все выстрелы попали в Щиты и Ловушки. Наткнувшись на сопротивление, они с громкими хлопками взорвались.
Тем не менее, Мин Тао и Троекуров явно учились на своих ошибках. Ракеты и снаряды летели не в одном направлении, а сразу в нескольких. Сеть была ограничена, и часть снарядов облетела её по касательной.
Помощь пришла откуда не ждали.
Твердолобый бросился выстрелам наперерез. Все снаряды и ракеты врезались в него. Ящер вздрогнул, из его бока полилась кровь, но, взмахнув крыльями, он удержался в воздухе.
Инстинкт самосохранения у него явно отсутствует! И нам сейчас это было только на руку…
— Отличный ход, хвостатый! — Добровольский показал ему большой палец. — Если они выстрелят снова — повтори тот же трюк!
Твердолобый покорно кивнул. Кажется, ему было наплевать на свою жизнь.
А вот Кыш думал по-другому.
— Человек, это — жестокое обращение с драконами! — Пушистый настолько разозлился, что едва не вцепился Добровольскому в лицо. Не ожидал, что мой пацифист на такое способен! — Да Кыш вас засудит!!!
— Выберемся отсюда, и можешь делать всё, что пожелаешь! — фыркнул советник. — А сейчас мы на пороге войны. И здесь любые средства хороши!
Хвостатый от его слов только больше завёлся, но я покачал головой, веля ему остыть. Ссора — это последнее, что нам сейчас нужно.
Добровольский с Кышем продолжали бросать друг на друга недовольные взгляды, но конфликтовать в открытую больше не пытались. Кажется, поняли, что в противном случае им придётся иметь дело со мной…
Кто меня удивил, так это Кыш. Ещё совсем недавно хвостатый в присутствии Добровольского боялся сказать даже слово. А сейчас он настолько осмелел, что вступает с ним в открытое противостояние!
Мой Белый дракоша почувствовал свою силу и с каждым днём становится всё смелее. То ли ещё будет!
Почти сразу я ощутил, как палуба под нами накреняется. «Непобедимый» содрогнулся, его правый борт стал значительно ниже.