— Мы сможем осуществлять более длинные переходы, повелитель, - с почтением в голосе произнес Сардар.
— Это хорошо, - кивнул в ответ Лошадкин, - так как я хотел бы проехать по степи. Посмотреть на жизнь обычных мордахов не с высоты неба, самому попробовать...
Он остановился, так как Сардар пучил глаза, опять же не хуже ламассов, а зубы его слегка постукивали.
— Достойно ли посланца богов входить в закопченные юрты? - выдал полковник после требования Лошадкина рассказать, в чем дело.
— Ты тоже считаешь, что боги, взирая свысока, видят лишь вершины гор, а среди живых различают лишь знать? Это не так, Сардар, - сказал Лошадкин, краем глаза видя движение.
Толкотня вокруг Михаила устоялась со временем, теперь его постоянно сопровождали четыре стражника: два мордаха и два хрокага, для почета, конечно, не потому что Лошадкину действительно требовалась охрана. Сами стражники (сменявшиеся по очереди) ужасно гордились своим положением и как-то так вышло, что в их число попадали исключительно сыновья вождей, составлявших верхушку племен и союзов.
Лошадкин собирался провести парочку турниров и соревнований, а также отобрать отличившихся из войск Огара, и предложить им стать его стражами. Не потому, что они стали бы сражаться и охранять его лучше, а чтобы подать пример окружающим и запустить хоть какой-то социальный лифт, для начала. Помимо стражников были еще и помощники, хотя вернее было бы назвать их курьерами, гонцами, передававшими послания и поручения, или приносившими новости, в дополнение к птичьей почте и телеграфу, которые еще не заработали толком.
И во главе помощников стояли два секретаря, Пордав и Марга, которые сейчас строчили перьями.
— С высоты неба нет разницы, кто перед тобой, гора или муравей, знатный или простолюдин, оттуда все выглядят одинаково. Выходцы из закопченных юрт могут оказать небесам величайшую услугу, а кто-то знатный, насчитывающий двадцать поколений предков, опозорить так, что впору будет истреблять все живое.
Пордав и Марга, записывавшие "слова небесной мудрости" почти одновременно вздрогнули и переглянулись, хрустнуло сломанное перо, и один из помощников - курьеров тут же подал новое.
— Достойно и недостойно — это разделение самих живых, а с точки зрения небес нет недостойных дел, лишь бы они вели к цели, помощи всем живым, - продолжал вещать Лошадкин. - Чтобы лучше помогать, надо знать, чем и как живут мордахи, хрокаги, ламассы, да кто угодно.
— Нет разницы, повелитель? - пробормотал онемевшими губами Сардар.
У людей обычно отливала кровь от лица, у мордахов схожую роль играла шерсть и уши, явно доставшиеся им собачьих предков.
— Говори.
— А как же краглы, владыка?
— Они такие же живые, как и мордахи, - пожал плечами Лошадкин.
Беззаботный вид, небрежные слова, но где-то внутри он напрягся, так как вступал на скользкую дорожку. В то же время, момент выдался почти идеальным. Сардар и остальные внимают словам небесной мудрости, в которых Лошадкин пытался донести идеи, что не стоит так уж чураться обычных живых и заноситься над ними. Возможно, благодаря этим словам, будущая смена формаций и общественного устройства пройдет не так кроваво, во всяком случае, Михаилу очень хотелось бы в это верить.
Но сейчас, вкупе с закладками на будущее, он мог кое-что вбросить и о настоящем.
— Спустись мы с небес среди хрокагов, о чем бы они попросили? Истреби мордахов! - проревел с хрюкающими интонациями Лошадкин.
— Посланец! – оскорбленно, мощно взревели оставшиеся хрокаги.
Пригнули головы, будто собирались ринуться в бой, проткнуть Михаила клыками, но нет, движение продолжилось, и они повалились оземь, прямо на твердую степную землю и в пучки пожухлой травы. Лошадь-ящерица шарахнулась в сторону, едва не сбила кого-то хвостом, а Лошадкин подумал с досадой, что проехать верхом все же надо, что он зря затеял все это обучение?
— Мордахи попросили бы - истреби хрокагов, - продолжал Лошадкин, взирая на них свысока, - и оба народа кричали нам, протягивали руки, умоляя истребить краглов, когда они совершили набег. Ламассы заговорили бы об истреблении чудищ в море и живых на суше... такова жизнь! Жизнь животных, стремящихся лишь спариться, расширить границы своего обитания, найти вкусной еды, но вы разумные, вы стоите выше животных, не так ли?