* * * * *
Я стоял на небольшом балкончике центральной башни герцогского дворца и оглядывал Блистательную Арну. Ну что же, я могу по праву гордиться своим детищем. Да-да, этот дворец, этот город, да и все герцогство, которое, если честно сказать, уже лет пять, как вышло за границы бывшей Империи, именно мое детище.
Тогда, почти семнадцать лет назад, мы строили грандиозные планы, вот только реальная жизнь оказалась намного сложнее и непредсказуемее. Первые противодействия нашим планам начались уже через год и точно по прогнозам Агнес, точнее того, кто говорил со мной ее устами. По городам и замкам поползли слухи… и слухи эти день ото дня становились все мрачнее и обрастали отвратительными подробностями. Вплоть до того, что я и не человек вовсе, а какая-то нечисть, пришедшая из Проклятых Земель и скрывающаяся под личиной Сергара де Сангре. В общем, в герцогстве созрел самый настоящий заговор, всей остальной Империи, до наших проблем никакого дела пока не было. Хотя вооружённые отряды и начали стекаться под знамена пары-тройки дворян. Во всем происходящем чувствовалась чья-то опытная рука, а мы никак не могли понять чья.
Наконец настал день, когда к границам нашего баронства выдвинулась армия. Наверное, стоит, все же, признать, что как таковой эта толпа грабителей и убийц, армией не была, хотя ее основу, ее ядро и составляли пара тысяч бойцов Клана Брэган де Эрт. Наши оппоненты несколько поторопились. И если клановые шли освобождать своего Главу и свою принцессу, то остальные шли только грабить.
Для первой битвы мы смогли собрать всего около пяти тысяч воинов, треть из которых были люди моего тестя, около пяти сотен неплохо организованных наемников, искателей и стражников из баронства, а остальные, самое обычное ополчение, крестьяне, торговцы и ремесленники, знающие с какой стороны браться за меч, но вот что с ним делать, они представляли уже с трудом.
Армия наших противников превосходила нас почти в двое. Но и у нас было несколько «тузов в рукаве». Во-первых, мы успели перекрыть наиболее удобную дорогу в баронство, первыми войдя в ущелье. Во-вторых, нас поддерживало с десяток магов, очень неплохих, надо заметить. Ну и в-третьих, я достал из своих закромов оба артефакта «Рука Бога».
После непродолжительных споров, общее руководство всем нашим войском мы доверили графу, как наиболее опытному в этом деле среди нас. Единственное, на чем я смог настоять, это, что каждый идет в бой под своими знаменами. Отец возглавил наш отряд из баронства и шел в бой под нашим родовым стягом, мне доверили ополчение и над нами развивались знамена герцогов де Арн. Ну а нал бойцами Клана, реяли стяги Брэган де Эрт, по которыми в бой планировали идти мой тесть и моя жена, всего три месяца назад родившая мне первого сына. Именно для нее я и достал второй артефакт, заодно неплохо перетряхнув все свои загашники и подобрав для нее мифриловую кольчугу и изящный меч их «железа мертвых».
По нашему плану битвы, первый удар должен был принять мой отряд. Целей разбить противника мне никто не ставил, моей задачей было только остановить врага, опираясь на заранее подготовленные позиции. Нашим основным оружием были луки и арбалеты. Но все пошло «не так» с самых первых минут и, наверное, к лучшему. Не знаю, о чем там думали те, кто руководил армией противника и о чем они думали, но на острие первого удара они выставили бойцов Клана. Чем и не преминул воспользоваться граф.
Я не успел вмешаться, а на узкое поле перед нашей импровизированной баррикадой уже выметнулось пятеро всадников. Два знаменосца, трубач, сам граф и, я с ужасом увидел, Лаура. Пятерка встала четко на середине поля. Трубач сыграл какую-то короткую замысловатую мелодию. В рядах противника прошло оживление, пару раз сверкнули клинки и навстречу графу, не спеша выехало пятеро всадников. Было забавно наблюдать, как посредине поля сошлись две группы врагов, и обе под одними и теми же знаменами.
Я не слышал, о чем там разговаривал граф со своими бывшими людьми, но судя по его грозному виду и какой-то растерянности среди тех, кто вышел ему на встречу, разговор был не из приятных. Только один из переговорщиков противника, разодетый как павлин, с каким-то узким, похожим на крысиное, лицом, весь из себя такой вальяжный и слащавый, что-то высокомерно выговаривал графу. Мне через камушек было все прекрасно видно. Потом он что-то презрительно сказал Лауре. В ответ на это девушка подала коня чуть вперед, черной молнией сверкнул клинок в ее руке, и голова говорливого покатилась по земле. Моя жена, потрясая окровавленным мечом что-то сказала, судя по всему резкое и не очень приятное, развернула коня и медленно поскакала к нам. Почти синхронно, граф и один из клановых, из противного лагеря, повернулись к знаменосцам и отдали какие-то команды. Через минуту в рядах противника началось перестроение. Бойцы Клана явно строились в боевой порядок, их построение чем-то напоминало пресловутую «свинью» тевтонцев, с той лишь разницей, что у их клина было два острия и построение выглядело как ромб. На встречу этой двойной «свинье» вышли и наши клановые. Граф с первых же минут боя похерил все наши планы. Я уже обдумывал как бы нам выкрутиться из этой ситуации, ведь наши наиболее подготовленные люди, практически, обречены, принимая во внимание количественное преимущество противника. Даже хотел скомандовать отход, пусть и обрекая графа и клановых воинов, но за стенами Замка у нас еще был шанс отбиться. Когда стороны сошлись. Причем сошлись абсолютно мирно. Наши бойцы органично влились в построение противника, увеличив его почти в двое. Объединенный отряд Клана, резко перестроился, развернувшись на сто восемьдесят градусов и слитно ударил по разномастной толпе.
Разгром противника был полным и безоговорочным, причем мы практически не понесли потерь, было с пару сотен раненых и чуть больше десятка погибших. Уже потом я узнал, что Лаура сражалась рядом со своим отцом, а все погибшие были именно рядом с ней, выполняя своеобразную роль ее телохранителе, буквально, своими телами закрывая ее от стрел и арбалетных болтов.
Вся эта заварушка продлилась чуть больше часа. Примерно через это время к нашему лагерю притащили с десяток предводителей разбитого воинства. Во главе огромной толпы вооружённых мужчин, гордо вышагивала моя женушка и было такое ощущение, что поведи она сейчас бровью и вся эта тысячная толпа ринется на завоевание Мира, только потому, что принцесса так захотела. Преклонение бойцов Клана перед Лаурой, было полным и безоговорочным. Правда, стоило девушке увидать мой насупленный взгляд и недовольную физиономия, она сразу как-то сдулась и немного заискивающе улыбнулась. Но только для того, чтобы уже через секунду прижаться ко мне и тихо-тихо прошептать:
- Милый, не злись. Так было надо. Зато погляди, как хорошо все закончилось. Я даже твоим подарком ни разу не воспользовалась. Ну, почти ни разу… - что не говори, а хотя моя жена и стала уже матерью, но все так же оставалась веселой и безбашенной девчонкой. Долго злиться на нее, просто невозможно.
Впоследствии, спустя несколько лет, этот день был назван «Днем Возрождения», а тогда перед нами стояли совсем иные задачи. Во-первых, надо было что-то решать с пленными, коих набралось почти две тысячи человек и это только рядовых солдат, без учета дворян и прочих власть имущих.
По местным меркам, надо было бы их всех просто обобрать до нитки, и разогнать на все четыре стороны, ну может быть предложить кому-то присоединиться к нам. Дворян, отпустить под «честное слово», что они пришлют выкуп, ну или, в крайнем случае, поселить их со всеми удобствами в Замке, а родне отправить гонцов, с известиями и суммой выкупа. Ну что тут поделаешь, такие вот тут порядки, которых даже Короли и Императоры придерживаются. Вот только у меня на этот вопрос было совсем иное мнение и когда я его озвучил, то все впали в прострацию. А предложение у меня было довольно простое, хотя и показавшееся всем чудовищным.
Вот скажите мне, что станут делать остатки разбитой армии, состоящей из убийц и грабителей, да еще и на территории, где нет твердой власти? Правильно, подадутся по домам, вот только сначала, они очень неслабо покуражатся над мирным населением. Вот и возникает вопрос, а оно нам надо? Особенно если мы планируем расширять сферу своего влияния. Вот я и предложил, всех воров, насильников и убийц – на сук! Причем, разницы между рядовыми бойцами и дворянами я делать не собирался. На все возражения, что уж с дворянами-то так точно поступать нельзя. Я ответил только одной фразой: «Дворянин, если он настоящий, никогда не пойдет грабить и насильничать. А если пошел, то он уже и не дворянин, а быдло и место ему на суку. Чтоб другим неповадно было». На каверзные вопросы, как я собираюсь разделить простых селян, силком загнанных в войско и тех самых воров и убийц? Ответ у меня тоже был, тем более, что обобрать еще никого не успели. «А мы посмотрим, что у них в карманах». Неожиданно на мою сторону встала герцогиня, она с таким жаром поддержала меня, что я невольно подумал, что у нее с этим сбродом свои счеты. В общем, не смотря на все возражения, это решение я принял единолично. Я даже на вопрос барона, а не боюсь ли я, что меня назовут «вешателем»? Ответил, что «время покажет».