— …Оскар уже давно услышал мое мнение, — Сухо ответил Хати девушке, тут же введя ее в ступор. Правда только она скосила взгляд к Оскару, как сразу же увидела его спокойный кивок.
— Я могу ставить опыты на наших противниках! На тех, кто отравляет этот мир — пиратах.
— …А ну точно. Ты же ценишь не каждую жизнь, — Пробубнила себе девушка под нос, кинув на Хати задумчивый взгляд, и под конец все же снова сосредоточившись на Оскаре, — Тогда…попробуем захватить пиратов Бундира?
— Да-ха-ха, вам даже просить не нужно будет, я все сделаю! — Тут же повысил голос Либал, привлеча внимание всех Баронов заодно и своим взбодревшим состоянием, — Руки гиганта поймают для тебя столько образцов, сколько захочешь, ведь я уже даже переделываю ее в портативное состояние!
— …Она так медленно двигается, что и лягушку Кумабити бы не поймала, — Сухим тоном ответила ему Пандора, на что услышавший ее Кумабити совершенно спокойно кивнул головой. Либал же правда тут же скривил лицо.
— Каждые два часа я провожу по несколько улучшений. По крайней мере я начал работать достаточно быстро, чтобы за эти несколько дней довести все до ума…ты просто не видела последние наработки…Ну так что, Оскар, сколько тебе понадобиться пиратов?
И пока бодрый Оскар начал делать предположения, Бароны все же начали постепенно расходиться. Правда сугубо для того, чтобы подготовить небольшой праздничный ужин. В конце концов за этим же свалила и Пандора, и под конец сам Либал, пока в лаборатории не остался Оскар и Хатиман.
И Оскар без лишних слов понял, зачем здесь остался последний.
Лишь просто достав из шкафа небольшую коробку со шприцами, он спокойно протянул все парню.
— Тут все адреналином. С общими гормонами оказалось сделать немного труднее, — Тихо улыбающийся доктор сразу получил молчаливый кивок. А следом только он узрел, как Хати начал подносить шприц к руке, как… — Слушай, а ты бы хотел в целом привить себе гены других рас? Не животных конечно, я говорю, например, о тех же небесных людях. Просто если удастся получить их скрытые особенности, без вреда для себя, ты бы…хотел раскрыть не только свой потеницал, но и еще потенциал других видов? Мне лично…с чисто научной точки зрения было бы очень интересно на это посмотреть.
И предложение же действительно заставило парня замереть. Только и приподняв свою голову, Хати несколько секунд абсолютной тишины пялился в потолок, пока…не пожал плечами.
— Изменять тело препаратами я не против. Но если из-за этого раскрыть конкретно свой потенциал будет невозможно, то я против.
— О, ну думаю поставить эксперименты в этой области будет не сложно…взять, например, две расы, у которых особенности проявляются очень явно, и привить первому особенность второго. Единственное, придется посмотреть сколько именно таких мутаций можно дать телу…а мышцы медверылов себе не хотел бы? Они от природы эффективнее человеческих.
— Нет, — Только и ответив сухим тоном, Хати наконец вколол себе адреналин. Так и засев в лаборатории, он вновь начала пытаться выработать в себе мутацию.
Правда в конце концов, игнорируя работающего Оскара, а также ужин, на который позвали всех членов команды, он наконец мог сказать, что…начал чувствовать изменения в теле. Точнее мутацию биологического оружия, из-за которого адреналин начал вырабатываться сам по себе небольшими, малыми дозами. Без внешних стимулов или собственного на то желания.
И хоть остановить его выработку было все так же просто, как и раньше, то вот…при попытке начать вырабатывать адреналин самому, Хатиман тут же узрел неплохую разницу. Мощь способности не слабо так возросла, достигнув того уровня, добраться до которого он мог лишь с помощью дополнительного стресса.
А как итог, увидевший результат парень сразу уставился на свои руки, и несколько секунд просто задумчиво осматривал их.
— Доводить себя до предела будет проще, но постоянная выработка адреналина может со временем причинить неприятности. Особенно если позже у меня постоянно вырабатываться будут и все гормоны…нужно бы сразу перенаправлять их на дело, чтобы не напрягаться…
И он придумал. А через пару секунд все и осуществил, создав перманентный сору.
Слабый настолько, что не нагружает тело ни капли, однако все же делающий организм немного быстрее, процентов на десять. Двигаться, говорить и делать какие-либо дела в этом состоянии было так же удобно, как и в обычном, и только проделав пару опытов, Хати убедился, что это и правда удобно. В первую очередь из-за того, что не расходует никакой энергии, тело само по себе способно входить в такое состояние.