— Следующий уровень этого дерьма будет расовая дискриминация. Знаю я, проходил, — Сжав кулаки, Бундир все же свел руки на груди, и уставился куда-то в горизонт, — Вулканые гиганты слабее обычных…посмотрел бы я на нее, как бы она заговорила, когда после целых недель каторжных работ, только я среди всех остальных мог таскать массивные блоки…лично всем покажу насколько я слабый, когда завалю сильнейшего человека в мире…а после него и Царя зверей вместе с красноволосым.
И только Бундир под конец затих, и попросту завис в своих мыслях, Василёк все же смогла снова двинуться вперед. Быстро дойдя до лежачего Фонито, она с расстроенным лицом подхватила его на руки, и сразу побежала с ним под палубу. Прямо в медицинский отсек.
— Очень не хотелось, чтобы на новом корабле так скоро появился новый раненный. Эх, какой же ты дурак, — Шмыгнув носом, Василёк прямо как дома прошлась по всем шкафчикам, взяла все необходимые вещи, и стала осматривать Фонито, — Каждый уже понял, что нельзя Бундиру под руку лезть, а ты все продолжаешь. Какой это раз, когда он говорит, что твой голос его бесит?
— …седьмой, — Сильно хриплым тоном прошептал Фонито, и тут же ухмыльнулся. Непроизвольно, но его улыбка заставила девушку приподнять уголки губ, — Просто я…стараюсь поддерживать всех, с кем у меня хорошие отношения. И постоянно забываю, что я живу не в том мире.
— Ты добрый человек, Айзи. Просто эта команда не для тебя. Она для таких, как я, Скайр или Отшельник. Тебе бы подошла пиратская команда настоящих друзей…друзей, которые понимали бы твой черный юмор и сленг.
— …Просил же не обращаться ко мне по имени.
— Еще чего. Я вообще-то хоть и говорю, что ты не подходишь этой команде, все равно твой друг. Хочешь наглотаться Токсина? Нет? Рот закрой, — И только на пару секунд в каюте встала тишина, как…оба просто заулыбались друг другу.
А через секунду Фонито резко сжал зубы от боли в торсе. Василёк нашла его сломанную кость.
На острове-кладбище, атмосфера же была в несколько раз хуже, чем та, которая была в пике на судне Бундира. То и дело, каждые несколько десятков минут происходили сражения и громкие звуки раздавались прямо по всему острову, заставляя людей напрягаться.
Хатиман и монстры Фейна то и дело встречались в схватках, не давая словно специально передохнуть друг другу. Только ситуация была уже не такой, как когда именно монстры отвлекали Хати от тренировки. Сейчас именно сам парень бегал где только можно было, ища для себя противников.
Было это конечно не трудно. Самая большая масса монстров была в основном собрана около черепов. Необходимо было лишь отыскать где конкретно они работали, а потом начать устраивать бучу. И не всегда драка выходила в пользу нарывающегося Хатимана. Изредка монстры из щупалец имели отличительные свойства, и то и дело взрывались, нанося действительно такие раны, которые могли бы даже повредить кожу. А изредка встречались и пауки, которым он не мог сделать совершенно ничего.
В основном правда из-за того, что он все продолжал ослаблять свои мышцы стилем Грязных червей. Как эффект, зачастую даже те слабые монстры из щупалец доставляли проблем. Справиться даже с ними можно было одним единственным способом: При использовании сору создать за противником плотное облако, в которое тот врезался, а следом просто нашпиговать его пальцами. В результате нескольких часов таких сражений, тело страдало не только от ссадин, но и от усталости.
Зато один явный результат все же был. Чтобы все же убивать в своем ослабленном состоянии противников, пришлось насильно пересмотреть взгляды на сиган. Атаки пальцем сами по себе были не плохими, пробивная сила техники и правда имелась, однако в сравнении с нормальными кулаками, этого было недостаточно. Они не предоставляли такого же эффекта на внутренности противника, да и самое главное, не было эффекта оглушения, как от кулаков. Против противника с волей, простого более усиленного пробития было недостаточно.
Хатиману пришлось все же уделить внимание двум скоростным техникам, которые позволяли при движениях генерировать достаточно сильный ветер. А чтобы эффект вовсе был в разы выше, Хатиману пришлось даже использовать режим парения для усиления нового сигана. Как итог, техника, которая ранее не особо сильно впечатляла, показывала взрывные результаты.
Каждый удар пальцем создавал в воздухе нить из ветра. Прочность у нее была, как у плотных облаков, собственно и создать ее было возможно лишь в режиме парения. Только свою силу, эта нить из ветра могла продемонстрировать лишь когда сиган во второй раз попадал по цели. Ветер попросту окутывал противника, и с усилием сжимал его. Чем больше таких нитей было, тем происходило более сильное сжатие, однако особенность была и в том, что нити заставляли цель крутиться на одном месте, словно юлу.