Лишь Фейн, наиболее защищенный в этом плане, имел меньше внутренних травм. Зато больше внешних, ведь будь то Хатиман, или же Криф, они целиком осознавали его внутреннюю прочность, а потому атаковали именно кожу. Точнее хитин, который ее заменял. Но как бы это не было странно, он единственный, кто все еще был в силах активно ржать на все поле боя.
Причина была лишь в том, что действие наркотиков, доза которых была очевидно чрезмерной, никак не рассеивалось. То и дело, если его не пробивало на смех, он видел в каких-то вещах что-то очень веселое.
— Ва-ха-ха-ха, Бундирушка, не могу, из дыры в твоей щеке так смешно выдувается ветер, — Лишь из-за этой причины, команда Фейна и Бундира получала несравненно больше травм, чем должна была, если бы все были сосредоточенны. И благодаря этому же, Хатиман в очередной раз смог оказаться рядом, и тут же вбить в их двоих свои кулаки, отправив их в полет.
И лишь по приземлению, когда оба осознали, что Хатимана взяла на себя Криф, Бундир не смог сдержать никаких слов, и держась за раскалывающуюся голову, в которой вмятин было больше, чем кратеров в облаках, он заговорил с Фейном.
— Ты можешь не показывать свою некомпетентность? Одновременно настолько же, насколько ты хорошо подкидываешь идеи для боя, настолько же ты меня бесишь…ощущение, что ты зачастую просто недостоин той цели, которую себе поставил.
— Да никому же от этого не плохо, — В откровенно похуистической манере ответил красноволосый, и сразу же хрустнул шеей, которую пробил палец Хатимана. Предварительно он правда заделал дыру маленьким щупальцем.
— Не плохо? Я могу прямо здесь закончить путь к своей великой цели…стань серьезнее ублюдок, время для веселья ты выбрал неподходящее.
Бах*
— «Великой» цели? Ошибка природы, меня уже задолбала твоя тупость, — Всего лишь после громкого взрыва, после которого Крифа отбросило куда-то, как после выстрела из корабельной пушки, раздался голос Хатимана, который оказавшись рядом, резко обрушил всего один единственный удар на щит из хитина.
В результате этого удара, он за мгновение проморозил своеобразный барьер, который отгораживал его от двух пиратов, и тут же его пробил, чем заставил Фейна раскрыть глаза. А через миг по Бундиру вновь пришелся удар, только на этот раз определенно более подготовленный. Перед касанием с телом гиганта, он создал зону повышенного атмосферного давления, и лишь коснувшись противника, он чуть ли не само пространство заставил содрогнуться…после чего гиганта с еще большей скоростью, чем Крифа, отправило вниз.
Он попросту пробил своим телом плотное облако, притом с такой легкостью, что вовсе не ощутил и грамма сопротивления.
Но только же он приземлился на землю, как в Хатимана резко обрушилась целая груда щупалец, которые в точности так же вбили Хати в облако, и заставили его пробить. Сопровождались же все эти атаки, таким мощным гулом, что казалось, само землетрясение началось где-то в небесах, однако по приземлению в землю…они и сами в какой-то мере действительно вызвали своими телами тряску земли с такой силой, что от них двоих образовался единый каньон.
И если Хатиман сразу закашлялся кровью, буквально ощущая, как позвоночник пошел трещинами, а органы готовились вывалиться изо рта. Бундир в свою очередь попросту замычал, и закатил глаза от боли, и от осколков камней, который вошли в его тело после приземления. Однако поднялись из кратеров они оба практически в один момент, попросту подавив боль, и сосредоточившись снова на себе.
И если по Хатиману тут же пришелся удар вырвавшихся из-под земли пауков, которые он был вынужден заблокировать, Бундир смог потратить мгновение на то, чтобы в своем разгневанном состоянии осмотреться вокруг…а увидел же он сражающихся шестерок, каждый из которых был и окровавлен, и имели такие же открытые переломы, как и он сам.
Однако пробежавшийся по полю боя взгляд, быстро остановился на тех, кто напрямую принадлежали к команде Хатимана. Застывших на месте Баронов, которые лишь держась за оружия, молча пялились на спустившихся с небес богов этого поля боя. И их же вид, сразу заставил откровенно злого по определенной причине Бундира, показать оскал.
И сражающийся с пауками, щупальцами, и Фейном Хатиман, смог узнать то, что он задумал, через пару секунд, как только гигант привлек его своим криком.
— Давайте, уроды, говорите, что мечта Хатимана настолько же глупа, что мысли о ней вовсе ошибка всей расы человеческой. Настолько же убога, как и вы сами, — Криком он приковал к себе всех людей на поле боя, и его же заставил на какой-то промежуток времени остановиться. Даже Фейн прекратил атаковать, и позволил себе, а также Хатиману сосредоточиться на гиганте, который держал сейчас в руках практически всю группу Баронов. Братьев, Фрейдена, Кумабити, и даже Пандору, которые пытались сейчас вырваться из хвата хоть чем-то.