- А…вот, кактус тут, - Быстро смогла среагировать только Пандора, сразу подошедшая к небольшому складу, в котором были сложены вещи с корабля, и тут же она передала Хатиману его друга, - Но постой…ты сказал девятнадцать часов лежишь и ничего не делаешь?
- Я очнулся через три часа…я не могу даже в беспамятстве находиться долго, - Таким же совершенно сухим и пустым тоном ответил он, и проигнорировав широко раскрывшиеся взгляды Баронов, он осмотрел всю зону склада, в поисках своего второго друга…однако так и не нашел, - А где меч?
- Эм…мы не приносили сюда никакой меч, - Весьма смущенно, но максимально по-доброму ответила ему Пандора, радуясь лишь тому, что он пришел в себя. Единственное, что заставляло ее смущаться, так это его практически опустошенный вид, а также…то, что он развернулся ко всем спиной, и молча, без каких-либо дополнительных слов, пошел в сторону леса, - Ты куда?
- …Искать своего друга, - Словно в нежелании ответил он, и в конце концов действительно потерялся из виду, от чего Бароны сразу переглянулись между друг другом. Удивляло их всех одно – то, что Хатиман и правда спокойно ушел с такими травмами.
Только в отличии от прошлого подобного случая, когда он был изломлен…сейчас все, кто это увидели, ощутили за него волнение.
Однако с места все же никто за ним не сдвинулся. Лишь припомнив его стальную походку, они поняли, что в случае чего, сможет справиться с проблемами.
Единственное, даже идя уже в одиночке по лесу, он так и не менялся в лице. Он не разговаривал с кактусом, и даже нельзя было понять какие эмоции сейчас он ощущал. Тем не менее, выйдя через пару минут на большое поле, которое было разворочено после боя, Хатиман немного ускоренно пошел прямо к одной из дыр, заглянув в которую, он увидел лишь то, что она была на треть заполнена водой…а также и что-то металлическое на самом дне. Что-то, от чего он ощущал какое-то намерение.
Попросту вытянув в сторону дыры свою руку, уже через мгновение меч сам резко поднялся прямо ему в ладонь. В конечном итоге, уставившись на кактус и на меч, он просто…молча прижал их к себе. Его лицо все также отказывалось принимать хоть какое-то выражение, однако он все же тихо заговорил:
- Не знаю сколько мне придется еще подобное переживать, но я рад, что не пострадали вы. Сильнейшим ударом была бы именно ваша смерть.
- …
- Да, катана оказался приятной личностью. Он подавил часть мощи от последних атак, которые обрушались на меня. Вы оба…оказываете самую большую поддержку, какую я только ощущал, - В конце концов выразив голосом откровенную благодарность, он, тем не менее, так и не улыбнулся, - Однако я все равно проиграл, и оказался почти был убит. Этот Криф…
Тихо прищурившись, стоящий над дырой Хатиман вспомнил как то, что его нашпиговали мечом, а также то, что он уничтожил его второе оружие… а так же…отрезал три его пальца.
Опустив голову, Хати посмотрел на правую руку, и…откровенно скривил свои глаза. Это не только выглядело отталкивающе, так и было совершенно неудобно. Он еле держал кактус, и даже почти его ронял. Проблема была и в том, что даже сжав пальцы, он…теперь в целом не мог использовать руку для нормальных атак. Кулак двумя пальцами не сделать, в итоге атаковать он мог разве что только сиганом…
Совокупность же всех этих факторов, связанных с Крифом, и были причинной, по которой лицо Хатимана не отличалось от кирпича. А только же в нем вовсе начал медленно нарастать гнев, с отчетливым намерением, как…он услышал голос кактуса.
В результате чего, лицо неожиданно быстро разгладилось, а чувство гнева очень быстро испарилось.
- Хм…ты прав. Я проиграл в честном бою…преимущество противников не повод для того, чтобы чувствовать несправедливость. Месть в этом случае…пустой звук, - Проговорил он, как только уставился на свою катану. Слова он пытался донести словно до нее, ведь особо сильно ощущал намерение убивать.
И в целом, он действительно смог успокоить своего друга. Намерения меча унялись, а он сам, даже словно и не воспринимая то, что у его противников было преимущество в виде сил фруктов, преспокойно уставился расслабленным лицом в яму с водой.
Быстро убрав катану в ножны, и взяв кактус под левую руку, он попросту вытянул к воде правую ладонь, и простым движением заставил ее взорваться, словно гейзер. Из дыры попросту на секунду образовался фонтам, который целиком поглотил правую руку.
Однако только же он исчез, как…Хатиман уставился на совершенно новую ладонь.
Точнее, сейчас, вместо трех отсутствующих пальцев у Хатимана были пальцы из воды. Такой же длины, и разве что менее прочные. Все же даже под высокой плотностью, вода не могла сравниться с прочностью тела. Тем не менее, он спокойно покрыл совершенно все своей волей, и как ни в чем не бывало, посжимал руку, которую в таком состоянии нельзя было даже отличить от обычной.
Обратно же в лагерь после этого он возвращаться не стал, и приступил прямо-таки сразу к тренировкам. Как с волей, которая стала в несколько раз сильнее после этого боя, так и с техниками, которые точно так же усилились.
Единственное, Хатиман вновь подметил одну странность.
- Почему…когда я применял огненные и ветряные техники перед поражением, они были сильнее, чем сейчас? Прямо как когда-то, когда я в первый раз сражался с Бундиром…
И пока Хатиман продолжал задавать себе вполне странный вопрос, дела на острове лишь начинали бурлить новыми красками. Либал смог найти поломанный корабль Крифа на берегу моря, и перетащив его ближе к порту, он стал попросту его восстанавливать. Все, что на нем было, так это дыры на корпусе, которые были оставлены корабельными пушками.
Чинить это было по крайней мере возможно, в отличии от разделившегося на две части их личного корабля. Впрочем, сам процесс починки был изначально затянут лишь для того, чтобы он починил свою механическую руку. И вот с ней, все скорость возросла в несколько раз. Не только залатывание, но и перенос всех улучшений с первого судна, на новое.
Другие же Бароны уже в целом переносили свои вещи, и что самое главное, этим занялся и Оскар. В главную очередь он желал сейчас поработать в нормальной лаборатории, дабы окончательно завершить препарат. Единственное, что слегка подкосило его радостное настроение, так это то, что Хатиман куда-то свалил…
Правда не так уж и на долго. Истощенный после тренировки парень вернулся на утро следующего дня, прямо на новый корабль, который уже спокойно стоял на воде, и принял первую дозу препарата, который должен был убрать эффект чумы. А когда же на нем, в столовой, собрались вовсе все Бароны, тогда проявилась отчетливая радостная атмосфера. На проигрыш никто не обращал внимание. Все радовались только одной вещи:
- Мы живы! – Сидя, как и обычно на своем месте, Хатиман с совершенно спокойным лицом уставился на радующихся людей. Все взялись за алкоголь, и не обращая внимание на свое так же не здоровее состояние, они начали праздновать, и вместе с этим благодарить того, кто оказался спасителем всех команды – Фрейдена.
Услышав новость, что именно он очнулся первым, а также перетащил всех к кораблю, на него вылилось столько слов благодарности, что желающий побыстрее свалить с острова парень, мгновенно забыл о своих мыслях, и просто засмущался. Вместе же с этим, он удостоился и серьезного взгляда Хатимана.
Он ничего ему не говорил. Лишь когда они вдвоем встретились взглядами, Фрейден получил от него…уверенный кивок, что, правда, заставило часть людей, которые это видели, сразу заулыбаться. По крайней мере они были рады тому, что Хати хоть как-то отблагодарил человека, который спас их жизнь.
Однако сам Хати остался без каких-либо поздравлений. По большей части из-за того, что каждый человек по одному его лицу видел, что он не ощущал себя так, будто продержался нормально в бою, и в главную очередь, не чувствовал себя склонным к празднованию. Даже к алкоголю за время веселья он не притронулся, и лишь сожрал половину того, что находилось на столе.