А посреди ночи я проснулась от того, что не могла повернуться на другой бок – мне что-то мешало. Спросонья я что есть мочи ткнула локтём в это нечто, не понимая, что сия преграда делает на моей кровати! Следом послышался глухой стук упавшего тела и сдавленный возмущённый стон. Я присела в кровати, зажигая на ладони небольшой огонёк света, послушно рассеявший ночную тьму. Над кроватью с пола приподнялась взлохмаченная голова Дориана, чертыхавшегося себе под нос. Оказывается, мне мешал именно он, наглый субъект!
– Вот и спасай после подобного обращения жизни глупым девицам, – возмущённо потирая бок, процедил сквозь зубы Дориан. Я полыхнула негодованием.
– Спасибо, конечно, что так любезно одолжил мне "отпить" из своего источника. Но совместный сон на одной кровати в перечень моих благодарностей явно не входит!
– Вот и прекрасно! – брякнул граф.
– Вот и прекрасно! – повторила за ним я, просто потому что ничего более оригинального на ум не пришло. Внезапное пробуждение посреди глубокой ночи явно не способствовало развитию острословия ни у одного из нас. Потому не оставалось ничего иного, кроме как отвернуться носом к стенке и, пребывая в некотором смущении от неловкой ситуации, смежить глаза, давая себе провалиться в сновидения.
На следующий день я то и дело испытывала приступы неловкости, глядя на Дориана, пребывающего в благодушном настроении, будто ничего не произошло. Нет, всё же не каждый день засыпаешь в собственной кровати рядом с мужчиной… Да я вообще с ними никогда в одной кровати не спала, даже с Анистинианом я не позволяла себе и ему заходить дальше поцелуев и объятий. Да и признаться честно, подобного целомудрия с моей стороны требовал обряд Единения крови… Я вспыхнула в очередной раз от смущения. Ох и не туда же меня в мыслях понесло… Потому решила отвлечься, спросив с преувеличенным энтузиазмом:
– И когда мы нанесём визит Закхею?
– Не терпится, Ксанелия? Совсем скоро!..
И вправду скоро – через каких-то час-полтора мы стояли у заброшенного на первый вид домишки, находившегося на окраине, дожидаясь неизвестно чего под дверью.
– Почему необходимо селиться в такой глуши? – тихим голосом спросила я. Местность была унылой и навевала самые мрачные мысли, даже несмотря на то, что время едва перевалило за вторую половину дня.
– Не думаешь же ты, что он на самом деле здесь живёт? Скорее, приходит сюда лишь затем, чтобы договориться с покупателями его ценных сведений.
Дориан ещё раз повторил условный стук и подождал реакции. Ничего.
– Придётся искать иной вход…
Дориан обошёл вокруг дома – ставни были заперты изнутри, тогда граф начал проверять их на прочность, а я имела удовольствие наблюдать, как он, выбрав наиболее хлипкие створки, выбил их ударом кулака и влез внутрь дома.
– Откроешь мне дверь? – просунула я голову в оконный проём.
– Обойдёшься, и вообще тебе лучше побыть снаружи…
Голос его был еле слышен, а оставаться снаружи дома мне отчего-то не хотелось, уж лучше я тихо и послушно буду следовать указаниям графа. Потому я ловко перекинула ногу через подоконник и забралась внутрь дома, давая своим глазам привыкнуть к полумраку внутри, а потом двинулась следом за ушедшим вперёд Дорианом, обнаружив его в соседней комнате неподалёку от Закхея, сидящего ко мне спиной и отчего-то безмолвствовавшим.
– Что с ним?
Дориан проигнорировал мой вопрос и кинулся к сидящему неподвижно мужчине, заглядывая в его лицо. Тот странно дёрнулся в сторону, будто нехотя.
– Проклятье!
– Что случилось?
– Нас опередили… Кто-то другой уже успел поговорить с ним и весьма плодотворно…
– Не понимаю, – и я сделала шаг вперёд
– Стой там и не подходи! – окрикнул меня Дориан, но разве меня можно было остановить? Я уже подняла ногу и, естественно, донесла её до пункта назначения, то бишь пола. Мгновение – и я уже не могла определить с точной достоверностью, где пол, а где потолок.
– Бес тебя раздери! Я же сказал тебе не входить в дом, а после ещё и предупредил, стой на месте! – топнул ногой от негодования граф. И пока он бесновался от злобы, я пыталась оценить, что произошло со мной. Я висела в воздухе под самым потолком в каком-то пузыре, находясь в нем по диагонали, и попыталась придать своему телу правильное положение, переместив ноги вниз, к полу. Однако одно малейшее движение с моей стороны – и пузырь будто уменьшился в размерах.
– Не дёргайся! Сделаешь только хуже. Ну почему ты такая упрямая? Ты угодила прямиком в расставленную кем-то ловушку!
– А разве ты не мог предупредить, что по полу раскидано вот это нечто? – возмутилась я в ответ.
– Достаточно было одного приказа оставаться на месте, – рявкнул граф.
– Сними меня отсюда, – взмолилась я.
– А что, самой никак? – язвительно отозвался граф и отвернулся, как ни в чём не бывало, продолжая осматривать уже труп, насколько я поняла.
– Нет, не могу поверить, что ничего не могло остаться…
Дориан резко выпрямился и повёл руками из стороны в сторону вокруг себя – в воздухе засеребрилась вязкая муть, сгущавшаяся вокруг рук графа, вращавшего ими с такой скоростью, будто он взбивал яичный белок в воздушный крем. Да, отличный бы из него вышел повар-кондитер, подумала я, сознавая краешком сознания нелепость сложившейся ситуации. Граф тем временем прекратил вращать руками в воздухе и, уцепившись пальцами за молочную муть, потянул её на себя, а затем резким движением руки словно расплескал её в воздухе, а после начал водить головой из стороны в сторону.
– Что ты делаешь? – не утерпела я.
– Ищу, – отозвался граф, напряженно вглядываясь в окружающие предметы, словно подернутые серебристой дымкой. Минута или две прошли в полном молчании, а затем граф, радостно крикнув, метнулся в один из углов комнаты и нырнул рукой под шкаф, вынимая из-под него свернутый листок бумаги. Дориан развернул его и впился в желтоватый лист бумаги глазами, хмуря лоб от напряжения, затем вздохнул и спрятал его во внутреннем кармане.
– Пойдём, – велел он мне, – здесь нам больше нечего делать.
– Если ты мог заметить, я пребываю в несколько затруднительном положении, – обратила я на себя его внимание.
– Ах да, – притворно всплеснул он руками, – совсем забыл! Ксана вляпалась в очередную неприятность… И знаешь, что хуже всего? Эта ловушка не исчезает бесследно! Если её удастся обнаружить ищейке второго или третьего порядка, то они без труда считают личность того, кто попался в неё.
– Тогда освобождай меня скорее, – занервничала я, – и давай поскорее уберёмся отсюда.
Дориан метнул на меня взгляд, полный негодования, но всё же произнёс заклинание, из-за действия которого пузырь лопнул, а я полетела на пол, приготовившись падать на все четыре конечности, как кошка. Но этому не суждено было сбыться – меня мягко подхватило потоком и опустило на пол, я даже испугаться не успела.
– Спасибо, – пролепетала я, понимая, что Дориан замедлил падение.
– Хотел поначалу поквитаться с тобой за ночной полёт с кровати, но отчего-то передумал, – заявил он, беря меня под локоть, – а теперь нам нужно как можно скорее покинуть это место!
Выходя из покосившегося домишки Закхея, Дориан сотворил ещё парочку заклинаний, призванных запутать следы и хотя бы ненадолго отвлечь сотрудников сыска. Честно признаться, я верила, что ему удастся запутать своих же коллег. Кому как не ему, сотруднику сыска, должны быть известны все их грязные приёмчики?