Вообще, количество глаз на голове для Ирков было признаком их статуса. Рабочие имели два глаза и были небольшого роста, четыре глаза имели особи мужского пола, в основном это были солдаты, их всегда было много и их не жалели. В трудные времена их употребляли в пищу, мать улья могла за один раз отложить до тысячи яиц, из которых через три месяца будут здоровые воины готовые умереть за свою мать. Сама Доарава могла за раз отложить пять десятков, она все-таки была молода, но их практически нечем кормить. Маленькая ферма на ее корабле не справится с этим.
Особи с шестью глазами были женского пола, их яйца мать откладывала отдельно и не всегда в достаточном количестве. Из таких яиц одно на две тысячи могла быть принцесса, будущая мать улья, если докажет свое право. Остальные росли и перерождались для нужд улья. Из таких выращивали жуков, вырабатывающих энергию, перерождались в силовые установки для новых кораблей, если нужны были рабочие, то перерождались в рабочих.
– Прости меня принцесса Доарав… – шестиглазая Рахтанга поднялась и, прихрамывая на переднюю левую лапу склонилась в поклоне. – Я посчитала, что это будет важно.
– Говори! Я сама решу насколько это важно! – От раздражения по всей ее спине задрожала шерсть.
– Согласно вашему приказу Роллдай сквозь полусон, в котором она пребывала, отслеживала активность в системе. – Рахтанга выпрямилась из полупоклона, но одну из восьми лап держала на весу, чтобы не касалась пола. – Тысячу лет назад погасло местное светило…
– Я знаю! Я также получала от нее эти образы. – Раздражение усиливалось и принцесса боялась не сдержаться и убить Рахтангу. – Говори быстрее иначе я тебя отправлю на ферму в качестве еды.
– Месяц назад в систему вошел корабль. Но Роллдай не смогла его отследить из-за большого количества обломков. Через две недели он ушел из системы, направление нам известно, но в скором времени Роллдай засекла вашего личного врага…
Переданный мысленный образ корабля, оставляющий за собой два синих следа от их примитивных двигателей. Корабль пробирался через плотное поле обломков к останкам большого корабля. И это был тот корабль ящеров, который уничтожил их мать улья, совершив таран. Но Доарав не стала бы принцессой, если бы в такие моменты поддавалась эмоциям. Она помнила, на что способен корабль ящеров, и знала, что в прямом столкновении с ним она могла проиграть. Но также видела, что корабль ящеров поврежден, на его броне видны следы старых битв. Сейчас он был похож на раненого сноука самца, солдата, который ранен и представляет собой легкую добычу, но в агонии может ужалить и убить самого охотника.
– Где сейчас находится он? – Принцесса Доарав прекратила хождение по помещению и уставилась на Рахтангу.
– Он подошел к останкам большого корабля ящеров и стоит там больше двух недель. – Принцесса Доарав получила четкую картинку корабля, приштукованного останкам большого корабля. – Роллдай проанализировала поведение корабля и утверждает, что он практически слеп и для нас легкая добыча.
– Буди солдат, для них есть работа, мы захватим корабль. А также узнаем, откуда и куда ушел первый корабль. Если там окажется много пищи, то мы получим прощение королевы-матери, когда она вернется.
Рахтангу сделала полупоклон и, засучив лапами по полу выбежала из помещения, где находилась принцесса Доарав в анабиозном сне. Принцесса Доарав следила за ней взглядом и отправила мысленный образ Роллдай, которая следила за всеми действиями корабля ящеров, пока они будут готовиться к его захвату. Старшего необходимо захватить живым, проникнуть в его голову и узнать, откуда приходил первый корабль. Ресурсов ее корабля хватит, чтобы совершить всего два перехода между системами, поэтому ей необходимо захватить больше пищи для подчиненных, иначе они ослабнут и не смогут привезти ее к победе и заветной мечте на свой улей.