Теперь они взирали на нее в почтительном молчании, а это внушало сладостный трепет – такой же, как первая ревизия в Фиатном банке, и разговор с Чистым Листом, и крики толпы в ее честь. Неужто она распробовала вкус власти?
– До весны, – продолжала она, – почти все ордвиннские княжества впервые за четверть века будут предоставлены самим себе. Разрываясь между восставшим севером и Маскарадом на юге. У нас есть несколько голодных зимних месяцев, чтобы склонить их на нашу сторону. Но у нас имеется и преимущество, которого никогда не предвидели Фалькрест и Пактимонт. Мы богаты. Мы в силах вооружить армию и прокормить ее в холодный сезон. Мы можем пойти на юг и помочь тем, кого бросил Маскарад. Обеспечить безопасность на дорогах. Скупить банки на корню. А если Маскарад попробует остановить нас, то… Разве вы не северяне? Если они двинутся на Внутренние Земли и окажутся в ваших лесах и долинах – в местах, которые знакомы вам как отцовские руки, среди непролазных снегов – мы уничтожим их.
Тайн Ху уперлась кулаками в стол.
– Значит, Бару Рыбачка, ты думаешь, что нам нужно воевать именно таким образом? Звонкой монетой и чистыми во всех смыслах дорогами?
– Войны никогда не выигрывались путем полного уничтожения противника.
Взгляд Унузекоме сделался скептическим. Отсфир скорчил гримасу. Только Лизаксу крепко задумался.
– Что же вы, ваши светлости? – укоризненно протянула Бару. – Вы, конечно, читали «Диктаты». Война есть состязание воль. А воля народа ломается, когда война ввергает его в ничтожество, не оставляющее никаких желаний, кроме желания сдаться. Не дав воле народа сломаться, мы сделаем из простолюдинов мятежников!
– Возможно, – задумчиво сказала Тайн Ху. – Весной нам потребуются сытые кони и крепкие фаланги. Прибрежными землями, от Унане Найу до самого Зироха, правит кавалерия. Если мы добудем достаточно фуража на зиму, если паши армии не будут обездвижены и обескровлены. А если мы убедим Внутренние Земли присоединиться к нам, то уже весной у нас будет серьезная сила.
– Они могут явиться к нам зимой, через Инирейн, с западных границ Фалькреста, – парировал Отсфир, как всегда, глядя на Лизаксу. – Один поход покончит разом и с тобой, и со мной, и с Вультъяг.
– А мы заранее уничтожим переправы. Конечно, река замерзнет и ее можно будет перейти по льду, но если они поведут армию на север из Фалькреста к Инирейну, то долго не протянут. – Лизаксу поднял открытую ладонь, салютуя Бару. – Я согласен. Вот наша будущая стратегия!
Однако Унузекоме заупрямился:
– Но чем плох хороший удар до зимы? Один-единственный налет на пактимонт скую гавань? Я бы взял «Девенинир», собрал бы свой флот!
Тайн Ху замотала головой.
– Другая сторона «Сомнения». Став сильными слишком быстро, мы поставим колеблющихся князей перед выбором. И они выберут наиболее надежного союзника.
– И еще, – заговорила Бару, наконец-то добравшись до терзавшей ее вины. – Слабость, которую я хотела бы удовлетворить. Мне нужен корабль. Я намерена передать секретное сообщение Зате Яве.
Они молча ждали продолжения.
– В Пактимонте остался человек, которого нужно тайком вывезти. Я не могу его бросить, не нарушив своей истинной верности.
– Нет! – рыкнула Тайн Ху. – Вытаскивая его, ты поставишь под угрозу прикрытие Зате Явы. Какой прок от глупых игр с огнем?
– Он нужен мне здесь, – отчеканила Бару. Она старалась подавить княгиню взглядом и невольно пожалела о том, что на ней нет белой маски, бесстрастного символа власти (та затонула вместе с «Маннерслетом»). – Он – на моей ответственности и в руках Маскарада будет нам только помехой.
– Спасение обернется для него куда худшим предательством. Лучше просто забыть о нем.
Продолжая настаивать на своем, Тайн Ху пытливо вглядывалась в лица князей. Бару тотчас сообразила, что Отсфир с Унузекоме приняли вызов княгини и собирались предложить Бару свою помощь.
Спустя несколько минут Тайн Ху уставилась на далекие вершины Зимних Гребней и вздохнула.
– Это мой секретарь, Мер Ло, – объяснила Бару своим собеседникам. – Он – единственный, кто разбирается в счетных книгах столь же грамотно, как и я. Без него Каттлсону не привести в порядок счета, не укрыть своей бесхозяйственности от Парламента. Ему останется позвать на помощь Бела Латемана – он умен, но этого недостаточно. Кстати, мы можем оказать Каттлсону «мятежную услугу» – добраться до его счетных книг и уничтожить их!
Однажды Мер Ло признался Бару, что был здесь во время Дурацкого Бунта. Он так не хотел увидеть, как Ордвинн снова погружается в этот кошмар…